Гастарбайтер

От прикосновения свежего воздуха морщины на лицах бойцов потеряли былую суровость. Мужчины, далекие от романтики, посеченные службой и пулями, вдыхали ароматы леса с блаженством младенцев. Переодень их из униформы в гражданское – и перед тобой группа нефтяников, что вырвалась с буровой на пикник.

– Морелло! Опять куришь? Лучше возьми людей и замети следы. Вон как мы листву перепахали! Нам известность ни к чему.

Лейтенант покосился на капитана и с досадой вдавил окурок в подошву ботинка.

Когда следы от покрышек перестали напоминать колею, группа карабинеров во главе с Морелло вернулась к остальным.

Рядовые растянулись на сырой земле, лейтенант подошел к капитану.

– Готово, шеф! Теперь только бойскауты да индейские следопыты смогут понять, что к чему.

– А надо так, чтобы не поняли и они. Делай хорошо, а плохо само получится.

– По-моему, так говорят французы, шеф.

– Ты националист?

– Да что вы, шеф!

– При мне забудь об этом даже думать! Ненавижу наци! Ладно, проехали. Располагайся, будем ждать.

Сейчас нам ничего другого не остается.

Капитан похлопал рядом с собой по колоде, на которой сидел. Морелло сел, достал пачку сигарет.

– Не волнуйся ты так, лейтенант! Дымишь как паровоз! За час ты себя так взвинтишь, что придется глотать успокоительное. Пора уже запретить курение в полиции и войсках. Зачем нам нервные и больные?

– Через час, шеф? Вы сказали – через час? Почему так долго? Я думал, начнем сразу, как приедем.

– Ты меньше думай, а больше изучай план операции.

Что там сказано?

– По вашему приказу все начинают действовать согласно инструкциям.

– Молодец! А я приказал час ждать.

– Зачем же так рано выехали? Люди бы лишний час поспали.

– Затем, зачем и поздно уедем: чтобы меньше зевак задавали себе глупые вопросы. О нашем выезде прессе не сообщалось. А за людей не волнуйся. Лучше на них посмотри.

Морелло обернулся – они сидели спиной к машинам – все карабинеры, за исключением двоих часовых, спали.

– Не обижайся, Морелло, ты у нас только месяц.

А они на таких выездах в сотый раз. Это их работа. И им известна одна истина: на штурм надо идти отдохнувшим и спокойным. Кстати, потому и не курят.

– Так все же – зачем ждать целый час?

– Может, и два.

– Это секрет, шеф? Я могу узнать, почему?

– Можешь, Морелло, если захочешь. Представь себя на его месте. Ты стреляешь с младенчества, это твоя страсть, в юности стал призером страны. К тебе в дом ни свет ни заря ворвались вооруженные люди.