Дмитрий

– Ну, тогда до свидания, и удачи тебе!

– Погоди, Гришка, не будоражь казаков, пока я не встречусь с польскими дворянами.

– Даю тебе месяц – пойдет?

– Думаю, да.

– Отлично, тогда месяц.

– Стало быть, месяц с сегодняшнего дня.

– Прощай, царевич Дмитрий Иванович. Да хранят тебя святые, особенно святые братья Борис и Глеб. Удачи тебе! – добавил он с усмешкой и вышел из комнаты.

Оставшись один, Дмитрий погрузился в раздумья.

– Письмо еврея, перстень и алмазный крест – это немного.

Как сказал старый чернец из Киева, игра для смельчаков. Бессмысленно. Я будто сошел с ума! Отрепьев точно безумец. Но нет, я-то не сумасшедший. Милостивые святые! помогите своему потомку, сейчас или никогда. Да, мир сказал бы, что я сошел с ума. Но скажут ли они то же самое, когда … то есть, если… если…

И он вышел.

VII

Славные жители Брагина[15 - Городской поселок в Гомельской области Белоруссии.] выбежали из своих домов, когда князь Адам Вишневецкий и его блестящий кортеж с грохотом промчались по главной улице, под гудение рогов и крики охотников, возвращавшихся в замок.

Двигаясь элегантной рысью, кавалькада резко повернула направо сразу за деревней и через пару минут прошла под аркой во двор старинного литовского замка.

Князь спрыгнул с лошади и бросил поводья пажу.

– Бем! – крикнул он старшему охотнику? – Займись Матиасом. Бедное животное, второй медведь чуть не разорвал его на куски.

Не хотел бы я его потерять, хоть бы мне предложили всю Курляндию[16 - Вассальное герцогство, существовавшее в западной части современной Латвии с 1561 по 1795 г.]! И он взбежал по ступенькам с довольным выражением лица человека, выигравшего в состязании.

Когда он быстрым шагом шел по залу, лакей, угодливо поклонившись, обратился к нему.

– Ясновельможный пан, преподобный отец Сисмонди два часа ожидает возвращения вашей светлости. Он говорит, дело огромной важности.

– Проводи его ко мне, – сказал князь, – немедленно. Я буду в галерее Ягеллонов[17 - Ягеллоны – княжеская и королевская династия, правившая в государствах Центральной и Восточной Европы в XIV–XVI вв.].

Пять минут спустя слуга провел духовника в длинную галерею, украшенную портретами династии Ягеллонов, которой она и была обязана своим названием.

– Святой отец! – воскликнул Вишневецкий. – В чем дело? Вы выглядите обеспокоенным.