Край Света. Невероятное путешествие к Курильским островам через всю Россию и Азию

Уже в Баку мы заметили, что номер на троих порой выходит дешевле, чем три койки в дормитории [1 - Дормиторий – спальное помещение монахов в католическом монастыре.]. Да к тому же дает некоторую приватность, по крайней мере в том, что касается храпа и запаха носков – и то и другое исключительно родное.

В хостеле, как водится, вавилонское столпотворение. Непонятно даже, кто тут гости, а кто работники – некоторые совмещали обе эти ипостаси, как, например, чернокожая девушка, выдавшая нам постельное белье.

Сейчас вот немного поправит свой бюджет и поедет дальше. Все вокруг буквально светились жаждой общения. Хозяин всего этого с улыбкой обводил взглядом свое королевство экстраверсии: «Я жил в Европе в хостелах, где никому до тебя нет дела. Мне так не нравится. Тут у нас – как компания друзей».

* * *

– Кажется, раньше было легче вот так сорваться. Бросить все, уехать. Ни сомнений, ни страхов. Сейчас уже не так. – Настя задумчиво разглядывала асфальт под ногами.

Солнце село, и мы прогуливались неподалеку от хостела, с наслаждением вдыхая весенний ветер.

Мне вспомнилось, что большинство рассказов Вовы о том, как было раньше, звучали скорее как героический эпос, чем как реальные воспоминания.

– Знаешь, Насть, я думаю, раньше было точно так же. Просто память тебя обманывает. Не заостряет внимания на сложностях, а сразу показывает успешный финал.

– Да ну. Вот помнишь, как мы с тобой пары прогуливали? Вот время было, а?

– Слушай, я помню, как мы с тобой недавно работу прогуливали, так что давай не начинай.

12 апреля

Грузино-армянская граница

Пограничник с явным раздражением рассматривал азербайджанский штамп в моем паспорте.

– Какова цель посещения Азербайджана? – спросил он.

– Туризм.

Пограничник кивнул, еще какое-то время полистал паспорт, ненадолго задержавшись на иранской визе.

– Подождите здесь. – С этими словами он взял все наши документы и куда-то ушел.

Моросил дождь. От вчерашнего тепла не осталось и следа – тучи заволокли горы, и если бы мне пришла в голову мысль нарисовать местный пейзаж, понадобилось бы всего три цвета, из которых два – серый.

Пограничник вернулся через несколько минут.

– Анастасия Михайловна, пройдите, пожалуйста, со мной.

Растерянно обернувшись на нас с Вовой, Настя ушла. «Ну вот, опять допрос», – пронеслось в голове.