Пятьдесят один год любви. Воспоминания о Геннадии Юшкове

Гена провожал меня до Котласа. Мы ехали в двухместной каюте, пароход медленно и ритмично шлепал колесами, как бы успокаивая нас: все будет в порядке. В Котласе Гена посадил меня на пароход, ходивший до Архангельска, а сам вернулся в Сыктывкар. В начале августа он получил телеграмму: «Поздравляем с Мариной». Через месяц он приехал за нами. Дочка ему очень понравилась, особенно огромные черные глаза и длинные черные волосы. Правда через месяц черные волосы выпали, а затем выросли редкие, очень светлые волосики.

Любить ее Гена стал еще сильнее, ведь у него в детстве тоже были совершенно белые волосы.

Г. Юшкова с Мариной Юшковой (1 месяц), 1959 год

Пока Гена ездил за нами в Архангельск, решился вопрос с жильем: как только мы приехали с нашим чудом в Сыктывкар, Гена получил ордер на двухкомнатную квартиру. Была она в деревянном доме на Железнодорожной, без воды, без удобств. Вернее, удобства были: выгребная яма с сильной струёй холодного воздуха зимой, и центральное отопление, которое в первый год не работало.

Зато была кухня с большой плитой, топившейся дровами, к которой прилагался дровяной сарай. Вот в этой теплой кухне с крошечной дочкой мы и прожили первую зиму.

В гостях у тестя. 1959 год

Квартира была на первом этаже. Правда, нам выделили на втором, но её занял очень расторопный доктор Цой с большой семьёй родственников и маленьким ребенком, спорить с ним мы не стали. Когда потеплело, пришли мои друзья-сослуживцы, и мы все вместе за один день проконопатили стены в квартире (стены были из бруса), так что в следующем году у нас было очень тепло, а у Цоев на втором этаже – холодно, и они очень жалели, что заняли нашу квартиру.

Когда же настало лето и стало совсем тепло, мы стали клеить обои и красить полы в двух наших замечательных комнатах.

В этот счастливый год судьба подарила Гене самое дорогое: дочку и первую книжку.

Книжка была маленькая, в 50 страниц. Называлась она: «Медводдза сёрни» (первый разговор), было в ней всего 37 стихотворений, но среди них такие сильные, как «Лисица» и такие нежные, как «Часово, пристань» и «Помнишь, как из школы…».

И своя квартира появилась у нас ведь в тот же год!

На гонорар за эту книжку Гена купил мне в Москве, будучи там в командировке, прекрасную шубу. Она была мне великовата и я, потихонечку полнея, носила её, не снимая, лет 25. Эта шуба жива до сих пор, в приличном состоянии, висит у Марины в кладовке, но мне уже мала.