Пятьдесят один год любви. Воспоминания о Геннадии Юшкове

Геннадий с дочерью Мариной (Марине полгода), 1960 год

Когда Марине исполнился год, мы отдали её в ясли, но оказалось, ненадолго. Пока сидела дома, даже не чихнула ни разу, а после трех дней в яслях сильно заболела, температура к ночи поднялась до 39. Мы перепугались, завернули её в пуховое одеяльце и помчались в детскую больницу, которая была не так далеко от нас, на Орджоникидзе. Доктор посмотрела сначала на нас, перепуганных, потом спокойно послушала дочку и сказала: «Все обойдется, но не ясельная она у вас.

А в садик пойдет». К счастью, все действительно обошлось.

Геннадий с дочерью Мариной (1 год), 196о год

Стали искать няньку, развесили на столбах объявления. Вскоре пришла женщина лет 45. Проработала она два дня и говорит:

– Что-то у вас в гардеробе не висит ни одного платья и всего две рубашки мужа, а где остальная одежда?

– В чемоданах – говорю.

– Но я и чемоданов не вижу.

– Не волнуйтесь, не такие уж мы нищие.

Еще через два дня к ней пришел мужчина, что Гене очень не понравилось. Нянька попросила у меня варежки сходить погулять, и они ушли. Ночевать она не вернулась, а наутро пришли два милиционера и спросили, где наша нянька. Когда узнали, что она вчера ушла погулять и не вернулась, разозлились, словно мы были в этом виноваты, и один сказал другому: «Ну, вот, опять ускользнула». Потом поинтересовались, не пропало ли у нас что-нибудь и ушли, а мы остались с той же проблемой – где найти няньку.

Но оказалось, что нянька жила в нашем же доме, на втором этаже, хорошая молодая девушка, из приличной семьи. Правда, как потом выяснилось, – страшная матершинница.

В одно из весенних воскресений поехали мы на теплоходе в Лемью. Сидим на верхней палубе, солнце, ветерок, какой-то человек играет на гармошке, Марина танцует, а мы с Геной разговариваем. Вдруг его сестра подбегает к нам: «Вы только послушайте, что Марина приговаривает!» Мы прислушались, и волосы у нас встали дыбом: наша красавица в пышном, розовом платьице, пританцовывая, смачно материлась.

Гена тут же подхватил её. И вот мы сидим, красные и не знаем, что делать, а Марина вырывается из его рук – ей надо идти танцевать. Тут я, слава богу, нашлась:

– Мариночка, ты неправильно говоришь, надо говорить: «звезда». И вот Марина снова пляшет, но уже со «звездой». После крутого разговора Гены с нянькой мат сошел на нет.