Епістолярій Тараса Шевченка. Книга 1. 1839–1857

 Шевченка до В. М. Репнiноi

29 листопада 1843. Яготин

Я как мастер, выученный не горем, а чем-то страшнее, рассказываю себя людям, но рассказать вам то чувство, которым я теперь живу, все мое горе – мастерство бессильно и ничтожно. Я страдал, открывался людям, как братьям, и молил униженно одной хотя холодной слезы за море слез кровавых – и никто не ка[п]нул ни одной целебной росинки в запекшиеся уста. Я застонал, как в кольцах удава – «он очень хорошо стонет», – сказали они —

И свет погас в душе разбитой!

О бедный я и малодушный человек! Девушка, простая девушка (камни бы застонали и кровью потекли, когда бы они услышали вопль этой простой девушки); но она молчит, гордо молчит, а я, о Господи! удесятери мои муки, но не отнимай надежды на часы и слезы, которые ты мне ниспослал чрез своего ангела! о добрый ангел! молюсь и плачу перед тобою, ты утвердил во мне веру в существование святых на земле!

29.

 Р. Р. Штрандмана до Т. Г. Шевченка

14 грудня 1843. Яготин

Яготин.

14 декабря.

Необыкновенные вещи, просто чудеса на свете делаются! Вообрази, Тарас Григорьевич, носятся слухи, что я еду в Петербург, а сам я о том сведущ столько, как и Вы, бачуть даже, что еду не далее, как в субботу… Впрочем, вероятно, в Ковалевке будут говорить о том обстоятельнее и внятнее. Приезжай, Бога ради, в Яготин хоть на денек, как-то больно расстаться, не простясь, при том, кто знает, когда свидимся.

Хотелось бы много, много побеседовать с Вами, удалый поэт, добрый дружище, остатний из козаков! Но время спешное, да и переписываться из Яготина в Ковалевку как-то негоже.

Право, приезжайте в Яготин!

Не поминай лихом.

Роман Штрандман.

Если разбогател, так пришли грошей рублив 30, бо жутко приходится.

На зворотi:

Тарасу Григорьевичу Шевченку от Штрандмана.

30. Т. Г. Шевченка до В. I. Григоровича

28 грудня 1843. Яготин

Яготин.

Батьку мiй рiдний, порай менi, як синовi, що менi робить? Чи оставаться до якоi пори, чи iхать до вас.

Я щось не дуже ударяю на Академiю, а в чужоземщинi хочеться бути. Я тепер заробляю грошi (аж дивно, що вони менi йдуть в руки!), а заробивши, думаю чкурнуть, як Аполлон Нiколаевич. Думаю, що так лучше, а може i помиляюсь. Порайте, будьте ласкавi! Якраз на Святвечiр був я у Пирятинi у староi матерi вашоi, батьку мiй. Рада, дуже рада була старенька, спасибi iй. Тричi заставила мене прочитать вслух письмо, що ви писали о Ваничке.