Честь имею… Или все-таки поимели меня?!

Например, о том, как мама допоздна была на работе, а она смотрела на темную улицу, прижавшись носом к оконному стеклу. Девочка скучала и тосковала по маме, но не позволяла себе капризничать и упрекать, потому что знала – она занята важным делом, помогает уничтожать жулье, расплодившееся после войны.

Представляете, какие уникальные эмоции меня переполняли: мой собеседник – ровесник века. Многие в гораздо более юном возрасте забывают о том, кто такие они сами, кто вокруг них и где они находятся. А бабуля прекрасно помнит, чем занималась семьдесят с лишним лет назад, и кому это было нужно.

Так, однажды она готовила ориентировку на опасного рецидивиста, подавшегося в бега. От этого субъекта всего можно было ожидать, он мог безжалостно убить любого, добывая себе ценности. Понимая, что от того, насколько тщательно она сможет словесно обрисовать внешность и повадки преступника, зависит то, как скоро его задержат и оградят мирных граждан от случайной встречи с ним, девушка максимально торопилась выполнить задание и старалась не упустить ни одной детали.

Изучая его особые приметы, она нашла информацию о том, что в одной из татуировок, на тыльной стороне его ладони, содержится матерное слово. Неприличный момент, способный смутить молодую и незамужнюю на тот момент девушку. Но принципиального и грамотного милиционера, коим она являлась на службе, это не покоробило. Вместо того, чтобы покраснеть и забыть этот неприятный факт, она указала его в первых строчках, понимая, что такие татуировки вряд ли могут быть у многих людей.

Ориентировка получилась подробной, сразу вызывала визуализацию, что очень ценно для розыскных мероприятий. Рецидивиста удалось задержать буквально через несколько дней – он курил около сберкассы, и именно по необычной татуировке его узнал бдительный прохожий. Мужчина бегом помчался в ближайшее отделение милиции, там тоже быстро отреагировали, после чего на опасного субъекта надели наручники.

Эти и другие подробности служебной деятельности бабули очень меня впечатлили, я уже красочно представила себе, с чего начну свое повествование, как выстрою сюжетную линию, добавлю чувства и переживания… Общаясь, я попутно набрасывала текст.

Почувствовала, что для полноценного воплощения моего документально-художественного замысла не хватает еще одной, наверное, даже самой важной детали. Да и лично для себя мне хотелось выяснить еще один момент, чтобы он прозвучал более четко.