Записки блокадницы

Я зажала нос и выпила. И меня стало тошнить прямо на кофточку. Так мне ее было жалко! Как ее только ни стирали, но она все равно пахла рыбьим жиром и меня тошнило.

Алька заболел скарлатиной, а я нет, хотя хлебала морс из его кружки.

При простуде Ида Соломоновна советовала – надо просто вылежаться. Родители покупали гранат, чтобы было чем заняться – ковыряй себе по зернышку.

3. О блокаде

3.1. Стихи

Я вырываю сейчас куски из памяти своей,

Они хранились шесть десятков лет,

Куски событий тех ужасных дней,

Что в жизни мне оставили неизгладимый след.

И вот, погожий летний день – войны начало,

На даче в Вырице нам хорошо жилось,

Родителей на поезд провожала и на перроне я узнала,

Что что-то страшное вдруг началось.

Как гром небесный нам на голову свалилась

Такая ужасающая весть,

У всех на лицах сразу отразились

Печаль и мужество, и вероломным – месть.

Сначала мы осталися на даче,

Не знали, как всем лучше поступить,

Быть в городе иль как-нибудь иначе

Хотя бы детям жизни сохранить.

А в это время, мимо нас, над головами,

Железная армада, вся в крестах,

На город мой свой смертоносный груз кидала,

И рушились дома, и гибли люди, и возникал невольно страх.

Кругом все дачники уехали,

И мы остались, будто в пустоте,

На берегу на Оредеже смотрели,

Как аэродром бомбили вдалеке.

Когда последним паровозом и вагоном

Приехали обратно мы домой,

Наш город показался мне суровым,

Кругом окутанным войной.

Над городом висели аэростаты,

Пытались от разбойников прикрыть,

Но это плохо получалось,

И продолжали нас бомбить.

А фронт все приближался к городу,

И в Лигово мы ездили окопы рыть,

Мешки песком активно наполняли,

Старались от осколков историю прикрыть.

Эвакопункты были на пределе,

Детей и стариков старались вывозить,

И только те, кто не хотели,

Остались в Ленинграде жить.

Фонд обороны развернулся,

Сдавали люди все свое добро,

И мы все сдали – все что было,

С иконы даже сняли серебро.

Самозащита в звенья собиралась,

И основных их было три:

Пожарники и санитары были, плюс химзвено,

Вот и защита наша – другой было не дано.

А мама с папой на «казарме» были,

Я с тетками и бабушкой жила,

Училась химзащите, начальником звена была.

Иприты, люизиты проходили,

Готовы были ко всему, и лозунг наш:

«Бороться, не сдаваться на милость нашему врагу».