В родных Калачиках. Воспоминания о советском детстве

Новогодняя открытка из Хабаровска мне от папы. 1959

Открытка из армии

Утром мама ведёт меня в детский сад. Я, делая подскоки, держусь за её руку и пою песенку, разученную на музыкальном занятии: «Сладкая ты моя, ягодка малинка!» Детский сад находится на нашей же улице. Я там очень любила нашу воспитательницу – Веру Геннадьевну. Она была молодой, красивой, весёлой. Вместе с нами, ребятишками, каталась с горки на дощечке или, стоя на ногах, а потом прокладывала нам лыжню, когда мы учились кататься на лыжах, обходя вокруг территорию нашего детсада по свежевыпавшему рыхлому снегу.

Самым нелюбимым для меня был послеобеденный сон. Мне никогда не спалось, я разговаривала с такими же детьми, страдающими дневной бессонницей. За это нас наказывали: ставили в угол. И мы старались притвориться спящими, когда в спальню заходила воспитательница, чтобы проверить обстановку.

Вервейко Гале 2,5 года. Калачинск, 1958

Портрет мамы (был снят в моём детском саду).

Калачинск, 1961

Отец – солдат Советской армии. Хабаровск, 1958

Мне 5 лет. Портрет был снят в детском саду. 1961

Мои родители в 1958 году перед службой в армии отца.  Калачинск.

Вообще-то я была проказницей – не очень послушным ребёнком. Однажды летом мы были на веранде, построенной отдельно от здания детсада, и снова не спали. Меня «наказали» в дневной сон очень даже приятным для меня занятием: я сидела в комнате с воспитателями, для того, чтобы не мешала другим детям спать, слушала очень интересные для меня взрослые разговоры между ними, а по радио – передачу для детей.

Какое это было счастье в тихий час! Воспитатели разглядывали только что принесённые фотографом фотографии нашей группы и большие портреты детей и родителей. Я увидела и свой портрет с белым бантом на голове со стрижкой и шейкой «в складочку» с очень серьёзным выражением лица. Потом все рассматривали красивый портрет моей молодой мамы со светлыми волосами в химической завивке, которая ей очень шла, и воспитатели говорили: «А это – сама Вервейко».

Звали маму Воля Яковлевна (в девичестве – Пономаренко). Родители её были комсомольцами 30-х годов, и когда у них родилась в Исиль-Куле (так раздельно называлась тогда железнодорожная станция) дочурка в 1936 году, то решили её назвать модно – по-революционному – Воля. Так я почему-то думала. Но эта версия оказалась неправильной. Так её назвал двоюродный брат – племянник моей бабушки – Витя.