Театр «Глобус». Роман

Дол ещё смачно кушал, с причмоком (его смакование пищи всегда превосходит её качество), потому что он – пищеед.

Частичная разгадка Судьбы заключается в том, что в её действиях нет явной системы, нет и не может быть, иначе хитрецы разгадали бы её и, разгадав, оседлали бы. (Так многие наивно полагают, что люди честные и добрые должны получать от Судьбы поощрение. Экая отсебятина! В мире нет справедливости, и Судьба не награждает за доброту, иначе доброта стала бы выгодой, а мораль – бухгалтерской программой.) Нет, она действует по капризу, как пьяная женщина, симпатизируя игрокам и поклонникам денег.

(Деньги в родстве с игральными картами, в глубоком родстве.)

Кто же она? Постановщик ролевых игр? Космический фермер? Повар? Похотливая смерть?

Судьбе любезен круговорот рождений и смертей. Она поощряет нашу резвость и чувственность, что вызывают в ней аппетит. И потом кушает нас. Уже то указывает на её лукавство, что к зачатию приводят увлекательные переживания и приятные ощущения. Если бы зачатие совершалось каким-нибудь скучным способом, численность народонаселения была бы нулевой.

И смерть умерла бы от голода.

Так Смерть это Судьба? Да, Судьба – игровая часть и характеристика Смерти. (В том или ином контексте удобней применять первое или второе имя.)

Она заинтересована в том, чтобы мир сочился любовью и бряцал оружием, обольщался мощью, славой и телесной прелестью. Так она радеет о нас, но при условии приземлённости наших устремлений. Настоящий духовный подъём вывел бы человека из-под её власти.

Одухотворённость человечества означала бы для неё проигрыш и возвращение к довселенскому прозябанию. Но нет, войдя в состав живого мира, Смерть оживилась. Игра, сам процесс борьбы против жизни для неё важней сокрушительной и окончательной победы. Азартные козни куда милей небытия. И с ростом человечества смерть обрела широкое поле

для игры – общество, наше сосаети, где идёт сексуально-гладиаторский спектарь, поставляющий смерти и зрелище, и добычу.

Крат по-детски фыркнул, догадавшись, как её зовут – Яга.

Она – поедательница от слова ясть. Она в родстве с ягодой, только ягоду мы ядим, а Яга сама всех ест – Смерть-пожирательница!

Крат припомнил одноклассников, которые преуспели в социуме. На целый класс таковых нашлось двое: школьный карьерист, ставший политиком, и гардеробный воришка, ставший бизнесменом. Крат вспомнил женщин, достигших благополучия посредством расчётливой промежности – их лица превратились в косметические маски.