Мученики науки

К несчастью, большинство из этих гениев, начиная с Сократа, выпившего яд, отдаются преждевременно осуществлению своих идеалов и, по удачному выражению Казимира Делавиня, оказываются виновными, потому что чересчур рано стали правыми.

Физик и химик, вопрошающие природу путем опыта, знакомы еще с другими опасностями. Работы, предпринимаемые ими, подвергают их иногда действию изучаемых элементов, или сил, которые они употребляют при экспериментах.

6 Августа 1753 года ученый секретарь Санкт-Петербургской Академии Наук, Рихман, желая сделать наблюдение над электричеством облаков, подошел к металлическому пруту, который был проведен в его рабочем кабинете и выходил наружу, поднимаясь своим острием над кровлей.

При нем находился художник Соколов, принимавший участие в опыте с целью облегчить его описание посредством рисунка. Погода была бурная. Темные грозовые облака носились в воздухе. Рихман поднес к металлическому пруту род электроскопа. Вдруг оттуда выскочил огненный шар голубого цвета, величиною с кулак, и поразил несчастного профессора.

Соколов тоже упал, но мало по малу пришел в себя. Рихман был мертв.

Рихман

Молния ударила его в голову, прошла через все тело и вышла из левой ступни. Несколько капель крови выступили из раны, открывшейся на лбу Рихмана, на левой ноге находилось голубое пятнышко в том месте, где сожженный башмак был продырявлен. Кафтан Соколова оказался покрытым темными полосками, как будто бы к нему прикладывали раскаленную железную проволоку[9 - Histoire de l’Acadеmie des sciences, 1753.

].

30-го Декабря 1840 г. Герви, молодой лаборант химии в фармацевтической школе, работал над сгущением углекислого газа, употребляя для этого аппарат Тилорье. Все, казалось, шло хорошо, как вдруг раздался страшный взрыв, вследствие недостаточного сопротивления металлических стенок внутреннему давлению газа аппарат разлетелся в дребезги, оторвав у Герви обе ноги. Три дня спустя, Герви умер.

Человек, предлагающий обществу какое-нибудь механическое изобретение, которое может стать новым орудием цивилизации, встречается с целою армиею рутинеров; слепые рабы, они восстают против того, что может дать им свободу.

Денис Папин видит, как его паровое судно разбивают рейнские лодочники. Жакар навлекает на себя гнев лионских рабочих, но не одна чернь вооружается против таланта: люди просвещенные, даже самые сильные умы увлекаются иногда этим потоком реакции и отрицают полезность того или другого нового изобретения.