Быть успешным в России при любых формах правления

Так, например, у нас на кафедре (1962 – 1977 годы) «отмечали» любые продвижения по научной карьере. Защищали диссертации много и часто. А их апробация была поэтапной. Так, в школе Дейча – это: научный семинар («поддача»), предзащита на заседании кафедры («поддача»), защита (успешная) на Ученом Совете – банкет (тост – фишка Дейча – «За одержимость»). И так каждый месяц. При этом парадокс, очень много и увлеченно работали.

Так, иногда у нас в МЭИ сложный эксперимент на больших пародинамических стендах длился практически без перерыва неделю.

Сон – 2-3 часа в сутки.

Возможно, мое восприятие этого периода – излишне субъективное..

О себе в эту эпоху – пунктиром.

В 25 лет – кандидатская диссертация, в 37 – докторская. Монография «Сверхзвуковые двухфазные течения» – в 32 года, плюс масса научных статей.

Международные контакты и признания (Венгрия, Польша, Чехословакия, Болгария, Югославия, ГДР, Франция).

Член почетного редакционного совета знаменитого международного журнала «Heat and Fluid Flow».

Запуск крупных Международных проектов по разработке и внедрению новых технологий в энергетике.

И, наконец – Государственная премия СССР, 1981 г.

И все это – годы «брежневского застоя».

Как все это сочеталось – вот задача для историков, аналитиков и социологов!

Андропов Юрий Владимирович. Попытка драйва.

Короткая (1982-1983 годы), но запоминающаяся эпоха. Буквально сразу после воцарения – всеобщий шок. Борьба за дисциплину. Набеги на бани (при «застое» в часы работы было много любителей попариться), магазины (ваши документы, где работаете, почему не на работе?!), облавы даже в кинотеатрах.

Первое, что запомнилось – борьба с опозданиями на работу. Везде вводят фиксаторы (ручные – сдаешь пропуск при входе, забираешь при уходе с работы с записью в каком-нибудь журнале или какие-то автоматические). Для меня лично больше всего запомнились изменения в институте начало работы, на 7-45 утра, и это в НИИ, якобы для разгрузки транспорта.

Значит с учетом 1,5 часового пути, вставать в 5 часов утра, что лично для меня смерти подобно. Пятиминутное опоздание – крупные и неприятные разборки. Однако, все это как-то быстро сошло на нет. (Старая российская система «Суровость законов компенсируется их неисполнением»). Но вот что удивительно и странно. «Андроповщина» проявилась и совсем в другом, в желании действительно что-то изменить, скажем так, в сторону научно-технического прогресса.