Рассказы о войне. Война в письмах, дневниках, историях

Мое понимание ситуации было таким:

У края паковых льдов фашистов не будет. Разве что самолёты—разведчики.

На следующий день мой маленький отряд встретил ещё один транспорт, – «Силвер Сод», он стал четвертым в конвое, который я назвал «Белый Шерман».

Я некогда блистал, как находчивый и умный адвокат, теперь надо было те же навыки применять в военно—морском флоте. Другого оружия не было, у вооруженного единственной пушкой на носу, рыболовецкого траулера «Айршир».

Обходя трюмы, мне пришла в голову идея – использовать бронетехнику, которая была на борту моих четырех судов, предварительно выкрасив её в белый цвет, впрочем, как и все надстройки и палубы.

Американские танки «Шерман»,[2 - Уже был случай, что танк «Шерман» смог пустить на дно подводную лодку фашистов. Дело было так. Немецкая подводная лодка, обнаружив транспорт союзников, везущий в Мурманск топливо, боеприпасы, военную технику и танки всплыла в надводное положение и практически в упор пустила в корабль торпеду. Огромная взрывная волна оторвала и подняла в воздух стоящие на палубе танки.

Два танка упали на субмарину. Немецкая подводная лодка тут же затонула] заботливо укутанные белыми простынями, и покрашенные белилами, выстроились в смертоносную линию вдоль бортов моих транспортов. Пушки, со снарядами в стволах, нацелены в сторону, откуда мог появиться вероятный противник.

Наше счастье, что танки были укомплектованы боезапасом и всеми необходимыми принадлежностями, включая электроплитку, сухой паек и обмундирование танкистов.

Залп с одного борта десятка танков мог запросто отправить подводную лодку на дно, даже, если бы в цель попал только один бронебойный снаряд.

История военных действий знает не один подобный случай, потому мои «головорезы» немного ожили и воспряли духом.

С пятого июля в радиоэфире не прекращались крики о помощи.

Суда уходили на дно один за другим. Фашисты уничтожали их без жалости.

И вот я дал команду «Стоп машина!», потому, как мы достигли края, где безраздельно властвовал арктический лед.

Лавируя среди многочисленных льдин, суда конвоя по имени «Белый Шерман», застопорили ход и погасили котлы.

Нет дыма – не видно корабля. Игра в прятки началась. Но надо было зайти ещё дальше в логово белого льда. Я дал команду продолжать следовать вглубь, примерно ещё на 20 миль – до тех пор, пока позволяла обстановка. Туда, где борта моих кораблей могут прижать арктические льды, но не смогут достать немецкие подлодки.