Летят Лебеди. Том 2. Без вести погибшие

 Датские рыбаки сообщали: если их поймают немцы, то посадят в тюрьму, и им нужно оправдать риск, кроме того, они должны кормить свои семьи, и пусть евреи оплатят бегство от СС по «устоявшейся рыночной цене».

Всего было заплачено около 20 миллионов датских крон!

Без предоплаты рыбаки отказывались работать.

Смилостивившись, совсем уж бедных отвезли в долг, взяв расписки – и эти евреи потом несколько лет после войны выплачивали деньги за своё спасение. Выплачивали с процентами, ибо датские рыбаки оказались финансово грамотны.

Такой добрый народ.

Погибло только 102 человека из 7 800 – в их числе 80 женщин и детей, прятавшихся в церкви. Их выдала датская девушка, любовница немецкого солдата.

Евреи в рядах Вермахта

В рядах Вермахта было около 150 тысяч солдат – мишлиге второй категории, так называли в Германии людей, которые были на четверть евреи.

Евреями их даже Гитлер не признавал.

Единственным ограничением была служба в СС, насколько это соблюдалось – не знаю. Если в семье был кто-то из родителей еврей, гражданин признавался однозначно евреем.

Абсолютное большинство таких не призывалось в армию вообще. К 1938 году все кадровики, на половину евреи, были уволены из армии.

В некоторых случаях, делались исключения – таких было несколько десятков, или меньше десяти (в Израиле читал статью, что даже больше сотни, но источник информации был не указан).

Политику нацисткой Германии по отношению к евреям поддерживали очень многие жители как «Великого Рейха», так и оккупированных стран и территорий.

Зигмунд Фрейд

В 1938 году Австрия была присоединена, уже к нацистской, к тому времени, Германии и Фрейд должен был попасть в концлагерь, но его выкупило Международное психоаналитическое общество. Выпуская Фрейда на свободу, нацисты потребовали от него написать заявление, что в гестапо с ним хорошо обращались. Тогда он обронил эту историческую фразу:

«Нельзя ли добавить, что я могу каждому сердечно рекомендовать гестапо?»

Трое из Винницы

Поздняя осень 1941 года.

Винница – уютный городок на Украине жил в немецко-фашистской оккупации. Здание районной больницы облюбовала немецкая полевая комендатура. Небольшой старинный двухэтажный дом с флигелем. В коридорах всегда была суета – то бегают немецкие офицеры, то обслуга из местных. Под стук пишущих машинок и тренькающих телефонов (немецкий порядок входит в свои права), в один из кабинетов привели девочек-близняшек лет двенадцати, их поймали на улице.