Летят Лебеди. Том 2. Без вести погибшие

У всех в голове был один вопрос:

– Есть ли смысл вести борьбу, когда бросили Севастополь, когда пала Кубань, Ростов, кто мы и для чего мы здесь, обессиленные, обезвоженные, окруженные?

У каждого защитника Аджимушкая пропало всякое желание жить в уже состоявшемся гробу в виде каменоломен. Шансов на победу не было никаких. И это понимал и командир Григорий Михайлович, поэтому тоже ничего не говорил. Потом пришло известие, что немцы на подступах к Сталинграду … Это было для нас окончательным концом надежды.

Неправда, говорил командир, что Надежда умирает последней, тогда, в подземелье, нашу Надежду по имени Севастополь похоронили раньше нас. И мы понимали, что если бросили там около сотни тысяч солдат, то наша группировка, для того же Буденного, не стоит и выеденного яйца. Люди без Надежды начали умирать от малейших царапин. Холод и голод вызывали у ослабленных защитников подземного города воспаление легких и туберкулез. В тех условиях, когда воздух прогревался от дыхания не более чем на двенадцать, иногда на шесть градусов выше ноля, и нет ни воды, ни медикаментов – болезнь убивала за часы. Командир наш говорил, что было много промахов. И от незнания обстановки, и от глупости, и по недосмотру. Предательство тоже было. А последствия от действий последних даже предугадать было невозможно. Когда была первая газовая атака, то погибло много медиков.[39 - Из найденного дневника врача: «Доктор, я молодой, я же хочу жить. Дай мне хоть что-нибудь…». А из лекарств ничего же нет абсолютно. Вот я подойду, обниму, поцелую, что-то шепну на ушко. Вот это единственное лекарство. Абсолютно ничего не было из лекарств. Но операции делали. Из сахара и «аджимушкайской воды» делали самогон и давали выпить два стакана бойцу перед операцией. Когда он отключался, то мы ампутировали ему ногу там или руку…»] Они погибали вместе со своими ранеными, которых бросать было не в русских традициях. Вот их, врачей, не догадались уберечь. В итоге даже сложные операции, например ампутации, (а гангрена начиналась даже после мелкой царапины), бойцы делали себе сами, без наркоза.[40 - Цитата из дневника одного из героев Аджимушкая:«Ты видала, матушка Русь, как зверски расправился фашизм, до какой степени дошли людоеды? Они не только стреляют, режут, разрывают, они душат газами. Эта ночь была одна из тех, которую вряд ли кто пережил. На каждом квадратном метре можно видеть один-два трупа.