Письма странника. Спаси себя сам

Впечатлениями от Новосибирска, успехами и неудачами в новой для меня обстановке я делился со своим Учителем в Эстонии. Но особенно меня радовали ответы Павла Федоровича на мои письма.

«Может быть, в мае в Новосибирск заедет один мой знакомый, – сообщал он мне вскоре после первых Рериховских чтений. – Знаю я его не особенно близко – он один раз приезжал ко мне и время от времени пишет. Человек он, безусловно, ищущий, но несколько недостаточен в интеллектуальном восприятии. Собирает все книги, которые только можно достать, но осваивает маловато.

Переснял у меня «Чашу Востока», но когда начал читать, то до конца не дошел – сжег. Решил, что эта книга «соблазн от нечистого». Впрочем, всему свое время – «твердая пища» не всем сразу по зубам, но на всякий случай предупреждаю вас, если он к вам обратится. В Сибирь он едет первый раз и, возможно, с ним нужно будет просто побеседовать, поддержать человека в его исканиях…

Громадное вам спасибо за книгу Вернадского. Не думаю, что он знал Живую Этику, но с Учениями Востока, безусловно, соприкасался.

Я давно мечтаю серьезно Вернадским заняться…

Всегда с радостью помогу в собирании нужных вам материалов… Посылаю вам бандеролью книгу Зильберсдорфа «В поисках правды». Думаю, что в книге Вы сможете найти некоторый систематизированный материал, который облегчит вам более глубокие поиски в первоисточниках… Недавно получил письмо от С.Н.[3 - С.Н. – Святослав Николаевич Рерих, младший сын Рерихов.] У него очень много работы, поэтому в ближайшем будущем он вряд ли сможет нас посетить.

С новым премьером у него прекрасные отношения, так что перемены непосредственно их не затронут» (май 1977).

С 16 по 21 июля 1977 года «дикарем», с небольшим вещмешком за плечами, я совершил намеченное еще в Таллинне паломничество по святым для меня рериховским местам от Новосибирска через Барнаул и Горно-Алтайск до Тюнгура. Сейчас, порывшись в архивах, я нашел слайды о своих поездках по Алтаю.

Трудно выразить красоту Алтая словом. Надо смотреть. И поплыли воспоминания – ностальгия.

Это от того, видимо, что слишком засиделись мы в городах, а чуть выползешь, как таракан, из своей кирпичной или бетонной щели за раковиной на подоконник, так и – Боже ты мой!

Волны гор вдоль дороги. Туч касаются сосны.

Рюкзаки за плечами тяжелы и несносны.

Дней двенадцать в пути – но еще нам идти.

Проводник узкоглазый знает дело толково.

Мы шагаем за ним вдоль пологого склона —

На крутых виражах рюкзаки словно гири.