Годы испытаний. Честь. Прорыв

И Миронову было непонятно, почему Жигуленко смотрел на все это с насмешкой.

Когда Жигуленко услышал, что, по мнению Канашова, хорошо было бы для приближения к боевой обстановке иметь на учениях хотя бы одну эскадрилью У-2, он решил, что у этого подполковника явно фантастические замыслы. Ведь батальону придали танки, и его поддерживал дивизион артиллерии.

Жигуленко был просто рад, когда Русачев сказал насмешливо:

– Ну, Михаил Алексеевич, тебе не хватает еще конницы, а может, и линкоров…

Но Миронову нравились новшества Канашова.

В одном из номеров газеты «Красная звезда» он прочитал передовую о том, что наши станковые пулеметчики до сих пор применяют громоздкий способ подготовки данных для стрельбы через головы своих войск. Такой способ отнимает очень много времени, и в результате поддержка наступающей пехоты огнем пулеметов становится неэффективной. Эта статья натолкнула Миронова на размышления. После долгих и мучительных раздумий, прикидок и подсчетов он пришел к выводу, что можно сократить время на подготовку данных для стрельбы из пулемета.

Миронов рассказал об этом командиру роты Аржанцеву, и тот одобрил его начинания, но посоветовал все тщательно проверить, прежде чем применить этот новый метод.

– А лучше бы рассказать об этом командиру полка, – сказал Аржанцев.

Но Миронов решил пока не обращаться к Канашову. Жигуленко, выслушав Миронова, стал отговаривать его от этой, как он назвал, «пустой затеи».

– Зачем тебе это? Ошибешься – и все, кто сейчас тебя поддерживает, будут в стороне, поверь мне.

Все шишки на твою голову посыплются.

– Так что же, по-твоему, это пустячки? – спросил Миронов, глядя в упор на товарища.

– Пойми, Саша, я же по-дружески советую. Будь ты уверен, что все твои расчеты правильны, ты сам не колебался бы, не советовался, а делал бы, как тебе твой разум подсказывает…

– А в чем, по-твоему, я не уверен?

– Ну хотя бы в отношении той новой шкалы прицела, которую ты предлагаешь. Если бы можно это было проверить на практике… Но где? В наших условиях, когда ты всего-навсего рядовой командир, навряд ли это удастся.

Поэтому все твои «теоретические выкладки» пока построены на песке.

Этот разговор оставил у Миронова горький осадок.

Русачев прибыл на генеральную «репетицию» рассерженный и с опозданием на час. По пути он распушил танкистов за то, что они, опаздывая на учение, проехали по полю гороха. Председатель колхоза обрушил на Русачева целый поток справедливых упреков.