Круглый год с литературой. Квартал четвёртый

В «Дне поэзии-71» было напечатано такое его стихотворение:

Уезжаю. Сердце остаётся,

И который раз хочу понять,

Как же это людям удаётся,

Уезжая, сердце оставлять.

Вот оно тихонько под рукою,

Словно птица клювом, – тук и тук.

Как же получается такое —

Там живёт оно, а бьётся тут?

Там, где я любил и жил немало,

Уезжал откуда второпях, —

Ходит моя старенькая мама,

Моё сердце нянча на руках.

Заболит оно, и этой болью

Будут ночи долгие полны, —

Материнской кровью и любовью

До седых волос сыны сильны.

Знаю я, случись со мной такое,

Что и сердцу не стучать в груди,

Тёплой материнскою рукою

Подтолкнёт его. Шепнёт ему: «Иди!»

Снова всех дорог мне стало мало,

Снова уезжаю второпях,

Снова оставляю сердце, мама,

На твоих, любимая, руках.

Мне оно не нравилось, и я спорил с некоторыми своими коллегами, которые его защищали. Им понравился образ оставленного на родине сердца.

А я доказывал, что этот образ возник вопреки нормам языка, который предписывает оставлять где-то частичку сердца, а не всё сердце целиком. А кроме того, стихотворение сентиментально, слащаво. Но сентиментальность взывает не к чувству, а к человеческому инстинкту.

С середины 80-х Сбитнев почти полностью переключился на историю России, Руси. Написал роман-дилогию «Великий князь» о князе Игоре Черниговском, павшем жертвой предательства в княжеских междуусобицах XII века и канонизированном православной церковью как мученик.

За эту дилогию получил в 2009 году премию своего Союза писателей России «Александр Невский».

Чего действительно не отнимешь у Сбитнева – это его кропотливая дотошность, с какой он подходит к интересующему его предмету. Заинтересовался «Словом о полку Игореве» и стал изучать древнерусские говоры, чтобы понять язык произведения, написанного в XII веке.

Он издал в Чернигове в 2010 году книгу «Тайны родного Слова.

Моё прикосновение к «Слову о полку Игореве», за которую получил от общественной организации орден «Служение искусству».

Любопытная книга. Кое-что в «Слове» Сбитнев прочитал заново и, должно быть, правильно. Какие-то тёмные места в памятнике разъяснил. Но меня удивил один апологет Сбитнева, пересказывающий его концепцию, которая высмеивает именование князя Олега, названного «почему-то по-хазарски каганом».