Круглый год с литературой. Квартал второй

Вот прочтите его стихотворение «Старое танго»:

Весенний шум со всех сторон

Летел вдогонку.

А я был по уши влюблён

В одну девчонку.

И под небес голубизной

Необычайной.

Делилась музыка со мной

Своею тайной.

В тех незатейливых словах,

В простом звучанье,

Угадывался крыльев взмах

И обещанье.

Как будто звали паруса,

Морские мили…

О, эти чёрные глаза

Меня пленили.

Я вспомнил много лет спустя

Об этом миге

У композитора в гостях,

В старинной Риге.

Путь прошагав нелёгкий свой,

В ладонях слабых

Он поднимал над головой

Не бремя славы.

Смиряя каждый нотный знак

Своею властью,

Мелодию слагал чудак,

Нёс людям счастье.

Певучей прочности запас

Не знает срока,

Как Штраусом рождённый вальс,

Как танго Строка.

Стыл на ветвях весенний дым

И скрипка пела,

Прощаясь с мастером седым

В капелле белой.

И у березовых стволов,

В купели света

Мы вспоминали ту любовь,

Что недопета.

Умер Всеволод Борисович 11 апреля 1990 года.

* * *

Ну что можно сказать о Курте Воннегуте? Что он один из известнейших американских писателей прошлого столетия? Банальность! Что его романы выпускались в Советском Союзе большими тиражами? Опять банальность! Что его в Америке, быть может, любили меньше, чем у нас? Бана… То есть как «меньше»? С какой стати?

А вот с какой. Цитирую «Записные книжки» С. Довлатова:

«…с Гором Видалом, если не ошибаюсь, произошла такая история.

Гор Видал заметил:

– Романы Курта страшно проигрывают в оригинале…»

Известно, что Довлатов был большим выдумщиком. Но в данном случае мог рассказать и правду. Известно ведь, что переводчицей Воннегута была Рита Яковлевна Райт-Ковалёва. Они дружили. Переписывались. Оба раза, когда в СССР приезжал Воннегут, они встречались. И в 1974-м. И в 1977-м.

«Если бы нужно было несколькими словами определить переводческий метод Райт-Ковалевой, – написал Корней Иванович Чуковский, – я сказал бы, что она добивается точности перевода не путём воспроизведения слов, но путём воспроизведения психологической сущности каждой фразы».

А русский, то есть переведённый на русский Курт Воннегут как раз такой психологической сущностью и отличается. Так что вполне возможно, что знаменитая «Бойня номер пять, или Крестовый поход детей» на русском постигается глубже, чем на английском.