Ленинград в борьбе за выживание в блокаде. Книга вторая: июнь 1942 – январь 1943

Тиханову, ученого секретаря ИИМКа, бойкую, но, по-видимому, умную, хотя и своеобразную женщину… А докладчик все бубнил и бубнил, читая слово в слово свой написанный доклад. Оказывается, он читал уже его неоднократно в своем Институте. Сотрудники не раз уже обсуждали выдвинутые им тезисы. Этим и объясняется, по-видимому, почему В. Г. Гейман сидел с таким скучающим видом. Но было и приятно то, что собравшиеся говорили не о делах столовой, не о том, где бы достать крупу или масло, не просто сидели, обязанные по службе, а добровольно и честно выполняли свой долг советского ученого.

«Самоуничижение паче гордости». Забраться на верхний этаж старинного здания мне, например, с моими ногами было нелегко… Около меня сидела молодая женщина, только что недавно защитившая кандидатскую диссертацию, в чистенькой кофточке, с вымытой шеей, миловидная и женственная. Даже А. И. Андреев подтянулся, побрился, почистился и «помолодел», если можно так выразиться. И. И.Толстой старался сохранить свою культурную привычку вежливости и деликатности, что, к сожалению, у него выходило не так легко; чувствовалась некоторая напряженность, к которой нужно было привыкнуть.

На заседании курили. Так как нет спичек, то закуривали друг от друга, переходя для этого, даже во время самого доклада, через всю комнату. Курильщики не могут обойтись без возбуждающего из курева. И эту сторону нельзя забывать и ставить им в вину… Многим курево заменяет недостаток еды.

Сам докладчик с оживлением и горячностью относился к своей теме… И порой забывалось, что мы в осажденном городе, что на расстоянии пушечного выстрела где-то закопался и палит по Ленинграду враг…

Нарочно остановился так подробно на этом заседании, чтобы будущему историку Академии наук было легче представить себе «конкретную действительность».

Как всегда, она диалектична, имеет лицевую и оборотную сторону и много-много оттенков. Но судить надо в целом, и для итога могу сказать одно – как важно, что ленинградцы, и в частности ленинградские ученые, сохранили такую волю к своему труду.

Князев Г. А. Дни великих испытаний. Дневники 1941–1945. СПб., 2009. С 741–744.

Из решения Ульяновского горисполкома «О мероприятиях по приему эвакуированного населения из Ленинграда»

18 июня 1942 г.

1. Установить, начиная с 21 июня с. г. дежурство ответственных лиц на пристани Ульяновск и ст. Ульяновск-1. Возложить на ответственных дежурных по пристани: прием и переотправку эвакуированных на ст.