Наполеон

Глава 2. Капитан.

-1-

Пора, пора и самому выходить на сцену истории. И судьба помогла ему в этом. Не успел он ясно сформулировать ответ на вопрос и конкретно развить планы на будущее, как наступил июнь 1789 года. И хмурый офицер артиллерий осознаёт приближение поры возмездия. Бонапарт посылает свои корсиканские письма своему кумиру и обожаемому Паоли, бывшему генералу и вождю корсиканского восстания, пребывающие в этой время в ссылке. Наполеон пишет: Генерал! Я появился на свет, когда моя родина гибла.

Вокруг моей колыбели слышались хрипы умирающих и рыдания отчаявшихся… С ними улетучилось все надежды. Кабала была ценой нашего поражения. Дабы обелить себя, предатели взвалили на вас горы клеветы… Когда я читал, кровь моя кипела, и решил рассеять туман. Теперь я намерен всех предавших общее дело вымазать черной краской позора. Публично бросить обвинения правителям: вскрыть подноготную всех скандалов…

Тут возникает совершено иная тональности: исчезает пафос прежней поры, поза цареубийцы, весь этот набор трескучих слов.

Решительно «Я» встает в центре всего письма, «Я» как противопоставление миру. Безграничная вера в себя пробивает себе дорогу, потому что теперь слышна поступь новой эпохи, в которой величается беспримерное честолюбие, которое отныне станет одним из основных качеств Наполеона. Однако концу письма он изящно переходит к просьбе о протекции. Какая находчивость, какая изворотливость совсем еще юного существа, остающегося в реальной жизни по-прежнему грубым и мрачным! Как сначала зашаталась, потом надломилась, потом провалилась та сцена, на которой он готовился действовать!

В последнюю четверть XVIIIстолетия Франция вступила одной из самых богатых, экономически развитых и многолюдных европейских стран.

На всем протяжении века в стране продолжался демографический подъем: в значительной степени обусловленный устойчивым экономический ростом 20-80-х гг. Однако подобно герою древнегреческого мифа Танталу, страдавшему от голода среди изобилия, французское государство переживало финансовый кризис. Огромные государственный долг, на обслуживание которого уходила половина бюджета, был непосильной ношей для устаревшей финансовой системы. Выходом могла бы стать реформа налогообложения, которая отменила бы привилегии дворянства и духовенства и разложила фискальное бремя на все сословия.