Лоуренс Аравийский

Фейсал и его отряды

На мягком лугу, под высокими сводами пальм с переплетенными ветвями, я нашел опрятно содержимый лагерь солдат египетской армии[14 - Британские силы в Египте в 1914 г. состояли из 150 000 человек, в том числе 30 000 индусов из Биканира, составлявших верблюжий корпус (мехаристы).] (под начальством египетского майора Нафи-бея), недавно присланных из Судана сэром Реджинальдом Уингэйтом[15 - Британский верховный комиссар в Египте (1916–1919 гг.), сменивший Мак-Магона.] в помощь арабскому восстанию.

Они имели при себе батарею горной артиллерии и несколько пулеметов. Сам Нафи был гостеприимным и любезным человеком.

Возвестили о приходе Фейсала и Мавлюда эль-Мухлюса, арабского фанатика из Текрита,[16 - Арабский город на правом берегу Тигра, конечный пункт южного отрезка Багдадской дороги (Басра – Багдад – Текрит).] который благодаря своему неудержимому национализму уже был дважды разжалован в турецкой армии и провел в изгнании в Недежде два года как секретарь эмира Ибн-Рашида.

Он командовал турецкой кавалерией при Шайбе[17 - Местечко к юго-востоку от Басры (Южная Месопотамия). Решительное поражение туркам под Шайбой было нанесено англичанами в апреле 1915 г.] и там был захвачен нами. Как только он услышал о восстании ишана, он добровольно поступил к нему на службу и был первым кадровым офицером, присоединившимся к Фейсалу. Сейчас он являлся номинально его адъютантом.

Он с горечью жаловался, что они во всех отношениях скверно экипированы. Это и являлось главной причиной их настоящего опасного положения.

Они получали от ишана ежемесячно тридцать тысяч фунтов стерлингов, но мало муки и риса, мало ячменя, мало винтовок, недостаточно боевых припасов и совершенно не получали пулеметов, горных орудий, технической помощи и информации.

Тут я остановил Мавлюда и сказал ему, что мой приезд именно и должен выяснить, в чем они испытывают недостаток – чтобы составить доклад об этом – и что я смогу работать с ними лишь в том случае, если они объяснят мне свое общее положение.

Фейсал согласился со мной и рассказал мне историю своего восстания с самого его начала.

Первый натиск на Медину[18 - 10 июня 1916 г.] оказался безнадежным делом. Арабы были плохо вооружены и нуждались в боевых припасах, турки же были снабжены великолепно.

В самый критический момент клан бен-али дрогнул, и арабы были отброшены от стен. Затем турки открыли огонь по ним, чем устрашили арабов, непривычных к артиллерийскому огню.