Круги на воде

Из доступных средств была только вода. Быстро разобравшись в примитивной конструкции душа, Марат пустил холодную воду и в следующую секунду героически согнул шею, подставляя голову под холодную струю. Стоять было неудобно, шея затекала, но он терпел, сколько мог, затем еще и еще, заставив себя досчитать до десяти.

Холодная вода освежила, но ясности не прибавилось. Все тот же опыт намекал на плотный завтрак с парой-тройкой капель, но при одной только мысли о спиртном, затрясло так, что желание завтракать исчезло, как не бывало.

Вернувшись в комнату, Марат нашел почти разряженный мобильник и проверил счет, надеясь, что там остались деньги, чтобы оплатить доставку какой-нибудь еды. Сумма на счете умиляла своим безграничным совершенством – ноль рублей, ноль копеек.

«Вот же ж!» – изумленно пробормотал Марат, исподлобья глядя на мобильник, словно надеясь, что с этого угла ноль обретет другое значение.

Чуда не случилось, ноль остался нолем, напомнив древний анекдот про дырку от бублика.

Вспомнив, как они с Разгоновым мотались из кабака в клуб, из клуба в баню и снова в кабак, Марат с трудом удержался, чтобы не хлопнуть себя по лбу – что это на него нашло?! Три дня пьянки! Подобного «штопора» не было даже после золота на чемпионате мира, а тут Остапа несло и несло…

Значок на дисплее телефона активно сигнализировал об умирающем аккумуляторе, но спасительная мысль заставила проигнорировать предупреждение.

Найдя номер Разгонова, Марат нажал на вызов, успев подумать, что глупо получается – «вчера угощал, сегодня денег прошу». Еще подумает…

– Аллё, – раздался хриплый голос Разгонова, прервав нравственные мучения.

– Женя, привет!

– Хто? – Прочищая горло, спросил вчерашний собутыльник.

– Дед Пихто!

– А, Марат, – громко зевнул Разгонов, – случилось чё?

– Нет, – Марат чуть помедлил, – то есть, да.

– Умер что ли кто?

– Да чего ты со своим умер! – Марат поморщился, – Жень, у тебя есть деньги?

– Смотря, что ты называешь деньхами, – философски прохрипел Разгонов.

– Полтинник до зарплаты. Вещи перевезти, телевизор, – подумав, добавил для убедительности, – тут даже кофейника нет!

– Полтинник не деньги, а единица измерения, – продолжал мудрствовать народный избранник, тщетно пытаясь прочистить горло, – или даже половина.