Московия при Иване Грозном. Свидетельства немца – царского опричника

Недельщик, когда в первый раз приезжал на место, брал двух-трех свидетелей с ближайшей таможни на границе вотчины или уезда и передавал повестку в суд в дом или на двор обвиняемого. Это повторялось три раза. Если обвиняемый давал деньги, его оправдывали, даже если он был виновен. Если же не приезжал, обвинитель мог арестовать его, связать и пороть на рыночной площади, пока он не заплатит. Еще обвинителю разрешалось, если он хотел, сделать обвиняемого крепостным, и он не подлежал помилованию, пока не платил с процентами.

В противном случае его на всю оставшуюся жизнь отправляли крутить ручную мельницу. Многих злодеев подстрекали выдвинуть ложное обвинение против какого-нибудь купца или богатого крестьянина, но для этого требовалось [соблюдение] законной процедуры. Так эти злодеи зарабатывали деньги.

Обыкновенно все письма полагалось отправлять через Ямскую избу – почтовую канцелярию. Часто служащие накапливали письма, а потом рассылали все их разом. При этом они [по общему мнению] завышали число нанятых лошадей и оставляли себе деньги, которые полагалось передавать в казну.

В эту канцелярию поступали все прошения для прочтения, одобрения и подписания великим князем. Те, у кого были деньги, получали свои прошения подписанными, а небогатые горожане и простолюдины не получали никакого ответа, пока ничего не дадут. Только тогда их прошения читали и подписывали. Это называлось «Рука руку моет».

В Казанской и Астраханской канцеляриях [приказах] и [в соответствующих им землях] тоже хорошо набивали себе карманы, как и в окрестных улусах [селениях кочевников] луговых и нагорных черемисов[12 - Луговые и нагорные черемисы – народы финской группы, обитавшие в лесах к северу от Казани, между Волгой и Камой.

].

В Рязанской канцелярии [Рязанском приказе] в свое время тоже вели себя самым бессовестным образом. Однако сейчас это под запретом. Эту землю [Рязань] подчинил себе крымский хан так же, как великий князь поступил с Ливонией.

В Посольской канцелярии [Посольском приказе] сидел Андрей Васильевич.

Всеми делами с германцами и татарами занимались здесь, сюда же поступал доход от Карелии. Каждый день в канцелярии толпились переводчики из разных стран. У этих переводчиков тоже были дворы и годовое содержание. И здесь творились те же фокусы, что и в других канцеляриях.

Иван Тарасович Соймонов вместе с одним приказным сидел в яме, иначе дворе, где все иноземцы получали свое ежедневное денежное довольствие.