Аллен Даллес

В индийских кругах, оппозиционных британскому владычеству, было известно о широких родственных связях Аллена в дипломатическом истеблишменте Вашингтона, как и о том, что его родные и, предположительно, он сам стоят на антиимпериалистических позициях, несмотря на поддержку правительством Вильсона стран Антанты. Его принимали в доме Мотилала Неру, известного адвоката и одного из умеренных лидеров партии Индийский национальный конгресс, выступавшей за постепенное предоставление Индии самоуправления.

Неру жил в Аллахабаде, и поэтому общаться с ним было удобно.

В доме Неру Аллен познакомился с его сыном Джавахарлалом, который в 1912 году окончил юридический факультет Кембриджского университета и теперь, возвратившись на родину, все более включался в политическую борьбу. Аллену младший Неру представился как Джо (так его называли в Англии), и между ними установились приятельские отношения[47 - Zachariah B.Nehru. N.Y., 2004. S. 17–19.]. Джавахарлал станет первым премьер-министром Индии после предоставления ей независимости в 1947 году, и давнее знакомство с ним Аллен не раз будет использовать в служебных целях разведчика.

Во встречах в доме Неру участвовала и пятнадцатилетняя дочь Мотилала Виджая, за которой Аллен слегка дружески ухаживал, что девочке льстило. Это знакомство также окажется весьма полезным – Виджая станет видным дипломатом, послом в ряде стран, в том числе в СССР и в США. В 1953 году Виджая Пандит будет первой женщиной, избранной председателем Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций[48 - Ankit R.

Between Vanity and Sensitiveness: Indo-British Relations during Vijaya Lakshmi Pandit’s High-Commissionership (1954—61) // Contemporary British History. 2016. № 1. P. 20–39.]. Знакомство с семьей видного индийского политического деятеля оказалось важным для будущей деятельности Аллена на протяжении многих лет.

Однако постепенно пребывание в далекой Индии начинало Аллена тяготить.

Шла мировая война, охватывавшая все новые регионы, и полный сил молодой человек стремился оказаться в центре событий. Это, впрочем, не означало, что он жаждал сражаться на фронте с оружием в руках. Он понимал, что его страна в конце концов скорее всего будет втянута в войну, хотя подавляющее большинство населения и общественной элиты стояло на позиции изоляционизма, стремясь остаться вне кровопролития, правда, сочувствуя при этом Антанте.