Иисус Навин

Если это действительно угрожает ему, если его поведение будет стоить ему жизни, то он все-таки поступит как следует, и его сослуживцы, уважение которых ему дорого, должны будут признать его честным товарищем. Отец и Мариам не будут иметь права сердиться на него; им придется только оплакивать того, кто предпочел смерть клятвопреступлению.

Ободренный и успокоенный, он с гордым видом назвал часовым пароль и вошел в свою палатку.

Эфраим еще лежал спокойно на постели и улыбался, как бы под влиянием какого-нибудь приятного сна.

Иосия лег возле на циновке, чтобы подкрепиться коротким сном для наступающего трудного дня. Глаза его тотчас сомкнулись, и, проспав один час, он проснулся и велел надеть на себя лучшее парадное одеяние: шлем и позолоченный чешуйчатый панцирь, которые он обыкновенно носил в торжественные дни в присутствии фараона.

Между тем проснулся и Эфраим. Он окинул любопытным и радостным взглядом фигуру дяди, стоявшего перед ним во всем блеске мужественной силы и воинского великолепия, поднялся на постели и воскликнул:

– Человек должен чувствовать гордость, когда в таком наряде он предводительствует тысячами!

Иосия пожал плечами и ответил:

– Будь послушен твоему Богу, не давай ни самым великим, ни самым малым повода смотреть на тебя иначе как с уважением, и ты будешь иметь право держать голову так же высоко, как самый гордый военный герой в пурпурном одеянии и золотом панцире.

– Но ты достиг великой должности среди египтян, – продолжал юноша.

 – Они ставят тебя очень высоко, в том числе и начальник лучников Горнехт, и его дочь Казана.

– Да? – спросил воин, улыбаясь, и велел своему племяннику сохранять спокойствие, потому что лоб юноши горел, хотя и не так сильно, как накануне. – Не выходи на воздух, – прибавил Иосия, – пока тебя не навестит врач, и жди моего возвращения.

– А ты уходишь надолго? – спросил Эфраим.

Иосия в задумчивости остановился, ласково посмотрел ему в лицо и затем ответил серьезно:

– Кто находится на службе у какого-нибудь повелителя, тот никогда не знает, как долго его могут задержать… – Затем переменил тон и продолжал более спокойно: – Сегодня, в это утро, может быть, все будет сделано скоро, и я вернусь через несколько часов.

Если же нет, то я вернусь к тебе не раньше как вечером или завтра утром. Если же этого не случится, тогда, – при этих словах он положил руку на плечо мальчика, – тогда как можно скорее возвращайся домой.