Дело петрушечника

Сколько тебе за нее? – покачал головой Петрушка.

– Немного, всего сто рублей.

– Дороговато… – угрожающе пропищал Петрушка и скрылся за ширмой, чтобы через секунду появиться вновь с огромной дубиной в руках. – Получи-ка лучше взамен палку-кучерявку да дубинку-горбинку и по шее тебе и в спинку!

Проказник в колпаке принялся под хохот зрителей охаживать цыгана дубинкой по голове. Покончив с цыганом, Петрушка обратил внимание на лошадь. Он прыгал вокруг и пытался взобраться на нее так и сяк, но всякий раз получал удары копытом и отлетал с потешными криками и бранью.

Публика заливалась смехом и подзуживала героя. Наконец лошадь взбрыкнула и убежала, а Петрушка полетел за ширму и причитал оттуда о безвременной кончине добра-молодца, то есть себя.

Причитания прервало появление куклы-доктора в огромных очках. Муромцев невольно напрягся и вытянул шею. Доктор был одной из жертв убийцы-петрушечника. Сыщик инстинктивно оглядел толпу, но ничего странного не обнаружил.

Тем временем на сцене кукольный доктор осматривал кривляющегося Петрушку.

– Тут болит?

– Чуть пониже!

– Тут?

– Чуть повыше!

– То пониже, то повыше! Встань да покажи!

Доктор в раздражении приподнял вертлявого пациента за ухо. Петрушка в ответ вскочил и шарахнул доктора по носу так, что у того очки съехали набок.

– Благодарю! Я, кажется, совершенно здоров!

– Тогда плати за лечение!

– Наше почтение! За что?

– Известно, за лечение!

– Хорошо! Сейчас, только за платой схожу! – Петрушка, зловеще потирая деревянные ручки, скрылся за ширмой и вновь появился с дубинкой.

 – Я бесплатно не лечусь, с тобою, Доктор, расплачусь!

Дубинка поднималась и опускалась под аккомпанемент визгливых криков и брани, пока кукольный доктор не повалился на барьер. На шум явился квартальный офицер с усами из конского волоса, подул в свисток и противным дискантом предъявил Петрушке обвинение в убийстве доктора. Последовали долгие препирательства, в которых герой, на радость толпе, гнусаво высмеивал и передразнивал недалекого «фатального фицера», а когда тот попытался отвести преступника в «холодную», Петрушка вытащил любимую дубинку, и полицейский был отлуплен под одобрительные крики зрителей.

Муромцев обернулся на Поплавского, надеясь увидеть его реакцию на подобное проявление кукольного вольнодумства, но тот наблюдал за виденным уже не раз представлением с непроницаемой скукой.