Дело петрушечника

После этого оба артиста долго думали, накручивая усы на пальцы и вспоминая былое, пока шарманщик наконец не изрек:

– Знавал я одного человека, у которого были похожие марионетки… Давно дело было, лет двадцать назад, а то уж и больше. Был я на большой ярмарке в Л., на границе с Царством Польским. Туда много кукольников съезжалось, все с неметчины больше. Так вот, выступал там один старик с подмастерьем, сам он не то в Вене жил, не то в Париже. И так он лихо с этими марионетками управлялся! Как живые они у него были.

Много кукол привозил, штук так пятьдесят, всяких разных: и арапы, и собачки, и драконы, и рыцари. А вместо шарманки у него был, необычное дело, – мальчик-скрипач. Подмастерье его. Да сколько лет уж тому мальчонке… Да лет тридцать уж поди. Небось давно сам уже с куклами ходит… Чаво?..

Старик не понял, чего так встрепенулись сыщики. Муромцев и Поплавский обменялись взглядами и, поблагодарив артистов, поспешили в управление.

Глава 8

В маленьком трактире, куда зашли столичные «Ловцы черных душ», было шумно, накурено и не очень чисто – усатый половой, одетый в аляповатую национальную одежду не по размеру, лениво бродил между столиками и елозил по истертому паркетному полу тряпкой, намотанной на швабру.

Подойдя к столику, за которым сидели сыщики, он остановился и принялся рассматривать Ансельм.

Лилия же не смутилась и бросила на него такой взгляд, от которого даже Нестор стушевался, застучав пальцами по столу.

– Милейший, – раздраженно выпалил он половому, – вам что-то нужно?

Тот лишь хмыкнул, перехватил швабру посередине и, ничего не ответив, удалился.

Барабанов проводил его гневным взглядом и продолжил тираду, посвященную тому, как он и Лилия посетили морг.

– Понимаете, Роман Мирославович, как толь-ко госпожа Ансельм, – Нестор кивнул на Лилию, – показала эти жесты в своем трансе, у меня вот сразу все состыковалось! Стоит на коленях и так, словно ко рту прижала что-то, чавкает. Словно пелена с глаз спала! Я снова посмотрел на травматическую ампутацию пальцев и понял – их откусили! Зубами! Все сходится, раны идентичны!

Муромцев достал из портсигара папиросу и закурил от предложенной Нестором спички.

– Я слушаю, слушаю, – сказал Роман, жуя бумажную гильзу папиросы, – продолжайте.

– Так вот, – возбужденно зашептал Нестор, оглядываясь по сторонам, – пока не могу сказать, есть ли тут связь. Вот если взять ручку Петрушки: ладошка там сплошная, можно сказать, монолитная.