Рейх. Воспоминания о немецком плене (1942–1945)

Правда, православием здесь не пахнет: царские врата, иконы, фрески и скульптурные работы выполнены в итальянско-католическом стиле. Из всего убранства церкви нашли только одну икону чисто русского происхождения. Она поднесена брачующейся августейшей чете крестьянами какого-то исконно русского села.

Когда мы вошли в церковь, служба там еще не начиналась. Священник, специально приехавший из Висбадена, высокий статный старик с кавалергардской выправкой, исповедовал группу цивильных украинских девушек.

Вышли из капеллы.

У фонтана-бассейна группа русских эмигрантов. Один из них подошел ко мне.

– Узнаю земляка издалека. Ведь вы с Кавказа?

– Да, с Кавказа. А вы?

– Я с Кубани. Ну как у нас там?

– До войны было хорошо.

Кубанец недавно приехал из Франции. Ругает немцев, нелестно отзывается о французах, скучает по России, мечтает вернуться на родину.

Подходит другой белогвардеец. Сам он из ставропольских тавричан, а жена – обрусевшая немка из Одессы. Он работает в русском отделе бывшей великогерцогской публичной библиотеки.

Утверждает, что в библиотеке около 1,5 миллионов томов, из них свыше 100 тысяч русских книг.

– Скажите, – спросил я ставропольца, – вы не вступили еще в РОА[492 - Русская освободительная армия (РОА) – название вооруженных формирований, созданных из числа советских военнопленных и воевавших на стороне Германии и ее союзников в 1942–1944 гг. В расширительном толковании – совокупность большинства русских антисоветских частей и подразделений из русских добровольцев, включенных в состав частей вермахта.

]?

– Не вступил и никогда не вступлю. Ведь кто такой генерал Власов? Изменник и предатель русского народа. Это немецкая марионетка. Он делает, что ему прикажут немцы.

– А вы еще не отвыкли от России, не разлюбили ее?

– Как можно забыть родину, разлюбить ее! Вы знаете, мы с женой живем в Германии с 1921 года, но никак не можем привыкнуть к этой стране, к ее нравам. Вам это может показаться странным, потому что моя жена – одесская немка.

Но представьте себе, она скучает по России не меньше, чем я, и также жаждет вернуться на родину.

К нам приблизился юный красавец явно кавказского происхождения. Узнаю, что отец его – грузинский князь, служивший в армии Врангеля и убитый в Крыму в 1920 году. Грузинского языка молодой князек не знает, ибо родился он в Галлиполи вскоре после Великого драпа[493 - После разгрома Белой армии П. Н. Врангеля в Крыму в 1920 г. ее остатки были эвакуированы в Турцию.