КГБ Андропова с усами Сталина: управление массовым сознанием

ru/sovremennaya-diskussiya/shelepin-2/

29. Альбац Е. Мина замедленного действия. – М., 1992.

30. Григорьянц С. Анатолий Голицын и План Шелепина – мирного «с человеческим лицом» захвата Европы // grigoryants.ru/sovremennaya-diskussiya/golicyn/

31. Ципко А. В жизни экс-бонзы КГБ Бобкова была подлинная драма. Главный жандарм СССР // www.mk.ru/social/2019/08/26/ v-zhizni-eksbonzy-gkb-bobkova-byla-podlinnaya-drama.html

32. Рыцари плаща и обнала – от Бобкова до Феоктистова. Топ-7 // www.rospres.com/specserv/20707/

33.

 Матвеев П. Бобок // www.kasparov.ru/material.php?id =5D07DC9884287

34. «На развал страны работала группа в ЦК КПСС. Но большую роль сыграл и КГБ» // www.nakanune.ru/articles/112248/

КГБ и управление массовым сознанием

КГБ управляло мозгами граждан прямо и косвенно. Страх нарушения неписаных правил висел над каждым. Однако точно так он висел и над представителями творческой интеллигенции, которые и создавали своими руками виртуальное пространство Советского Союза.

Косвенность управления КГБ над досугом лежит в том, что они управляли творческой интеллигенцией, которая не просто строила виртуальное пространство, а одновременно создавала героев и врагов, социальные роли для подражания, видела в своих произведениях и прошлое, и будущее.

По этой причине «изобретение» Андропова – Пятое управление КГБ – было более сильным инструментом, чем даже телевидение. Телевидение работало на день сегодняшний, а пятое управление – намного дальше. Оно работало стратегически, даже не непосредственно с самим виртуальным пространством, а с его создателями.

Выделив 2 тыс. представителей творческой интеллигенции, с которыми генерал Бобков старался установить условно дружеские отношения, можно было сдерживать чистый негатив против советской власти, перенаправляя его, например, на создание иных героев и иные интересы.

Это могла быть, например, определенная интеллектуализация героя, как в фильме «Девять дней одного года» или в сериале «Семнадцать мгновений весны», в то время как советский герой того времени пришел из прошлого как герой физического пространства.

Даже негативный персонаж, крадущий автомобили, Деточкин в фильме «Берегись автомобиля», мог быть такой задуманной миной, подложенной под работу на будущее.

Этот интеллектуальный герой вступал в противоречие как с героем советским, дерущимся в физическом пространстве, так и с героями политическими – в виде шамкающих членов политбюро, выступающих по бумажке.