И опять Пожарский 4

Отъехав опять метров на пятьдесят, Пётр снова развернулся и решил проделать трюк из детства, он отпустил руль и скрестил руки на груди. В детстве, чтобы так ездить, они с пацанами специально перетягивали крепление руля, чтобы он вращался туго и не рыскал при езде без рук. Сейчас протягивать руль не нужно было, механики и так его затянули от всей широты души. Улыбаясь, всё ещё стоящим с открытыми ртами учёным, он в третий раз развернулся и проделал ещё один трюк из детства, поджал ноги и поставил их на руль, а руки убрал с руля.

И опять чуть не навернулся. Вот это упражнение Афанасий Иванович проделывал последний раз, когда ему было лет восемь, а значит девяносто лет назад. Пришлось ноги с руля снять и подъехать к механикам обычным способом. Те молчали.

Не говоря ни слова, господин Фойе почти вырвал руль у князя и, сам, усевшись в седло, попробовал прокатиться и тут же упал.

– Пойдёмте быстрее в церковь, – отряхиваясь от пыли, предложил Людвиг Пожарскому.

– Господин Фойе, я пошутил, не надо никуда ходить, верьте в бога и справляйте обряды, как вам нравится, в Вершилово никто и никогда не будет принуждать человека сменить веру.

Мы специально строим сейчас на одной площади два храма католический и протестантский, чтобы примирить эти два течения в христианстве, – Пётр примиряюще протянул изобретателю руку.

Тот её пожал, а потом вдруг неожиданно для всех, да и для себя, наверное, произнёс:

– Я поговорю завтра с вашим священником. Может схизматиком быть лучше. Мне сильно не нравится, как поступают с учёными инквизиторы.

Все слышали, что сожгли Джордано Бруно, но ведь он не один. Да даже у нас в Вершилово живёт мать Иоганна Кеплера, которая чудом избежала костра. Как зовут вашего священника?

– Отец Матвей, он настоятель храма, если вы имеете в виду его, так-то священников сейчас в Вершилово почти десяток, – Пётр и не рад был, что этот дурацкий спор затеял.

– Значит, отец Матвей, – снова выпятил вперёд свою грудь француз.

– Господа, нужно ослабить немного цепь, а потом я каждого научу ездить на этом двухколёсном чуде.

Тут нет ничего сложного. Главное выработать в себе чувство равновесия.

Событие восьмое

Капитан Мишель де Нойрей сидел в мягком кожаном кресле в доме своего бывшего однополчанина Рене Декарта и поражался роскоши окружавшей того. Хрустальная чаша с пельменями стояла на столе, в хрустальные рюмки на тонких ножках был налит божественный напиток, именуемый здесь «Байкал», чистейшая водка, настоянная на каких-то травах.