И опять Пожарский 6

При этом английский парламент прямо встал на дыбы, по их мнению, Англии нужен союз с протестантским государством. И тут неожиданно в дело вмешался фаворит короля Джордж Вильерс, 1-й герцог Бекингем. В последнее время герцог сошёлся с юным принцем и стал его лучшим другом. Бекингем и предложил отправиться в Испанию и взять заключение брака в свои руки. Сказано – сделано. Только получилось не очень. В 1623 году два авантюриста вместе совершили путешествие в Мадрид и лично вмешались в переговоры о браке. Однако личная неприязнь между герцогом и испанским королевским двором, а также требование испанцев о переходе Карла в католичество расстроили переговоры, и свадьба не состоялась.

Более того, Бекингем и принц по возвращении в Англию выступили за разрыв отношений с Испанией и объявление войны. Вот здесь парламент долго уговаривать не пришлось, и уже в 1624 году английский экспедиционный корпус высадился в Нидерландах для ведения военных действий против испанской армии. Одновременно начались переговоры о браке Карла и Генриетты-Марии, дочери Генриха IV, короля Франции.

С французской принцессой Карл познакомился за два года до свадьбы. Их первая встреча состоялась в 1623 году в Париже, где Карл, на тот момент принц Уэльский, был проездом: вместе с герцогом Бекингемом он направлялся в Испанию, где собирался обсудить возможный брак с инфантой Марией Анной. Авантюра закончилась неудачей, но Карл запомнил четырнадцатилетнюю девушку с кудряшками и пухленькими щёчками.

О возможности жениться на французской принцессе вместо испанской намекнул Бекингем на обратной дороге. Вообще, герцог сильно влиял на молодого Карла. Принц знал о гомосексуальной связи выживающего из ума отца с Джорджем Вильерсом, он даже присутствовал на заседании тайного совета, где зачли письмо отца герцогу. «Молю Бога о нашем брачном союзе на Рождество. Да осенит тебя благословение Божье, жена моя, да пребудешь ты утешением великим своего старого отца и мужа». Это было слишком.

Через пару месяцев король скончался. Можно сказать, неожиданно. После смерти короля Якова I прошёл слух, что Бекингем его отравил. Только Карл знал, что это не слух. И не рука Бекингема отравила короля, это сделала «рука судьбы», «рука божья». Ничего что на ней был тот самый перстень, что король подарил своему фавориту. Всем стало лучше.

Сейчас в личных покоях Карла находилось три человека. Понятно, был Бекингем. Третьего герцог привёл сам.