Колхозное строительство 6

Теперь была очередь Шелепина юродствовать. Не стал. Взял из ящика стола красную корочку и положил перед собой. Потом толкнул Петру.

– Кунаева застрелили из снайперской винтовки в аэропорту Алма-Аты. Место освободилось. Два места – в Политбюро и в Казахстане. Туда партия вас и пошлёт, товарищ Тишков.

– Неожиданно. Кто застрелил?

– Ищем. Ничего не ясно. Винтовка наша. Как бывший председатель Комитета склоняюсь к версии, что Семичастный высказал. США.

– Знаете, Александр Николаевич, главную присказку сыщиков: «Ищи, кому выгодно»?

Шелепин улыбнулся одним уголком рта.

Пренебрежительно махнул кистью.

– На меня намекаешь? Нет. Да и неизвестно, чего это Брежнев так отреагировал.

А и в самом-то деле. Чего вдруг? Э, нет! Тут Кунаев сбоку. У Брежнева и в реальной истории инфаркт был, в августе или в сентябре 1968 года. Считалось, что из-за событий в Чехословакии. Сейчас октябрь – и вот он, инфаркт. История. Не свернёшь её с пути. Но тогда довольно легко отделался – а тут решила она подкорректировать достижения Петра.

Вариант.

– А в мире чего происходит?

– Затаились все. Голоса-то сначала растрезвонили, а теперь и они молчат. Звонят главы государств, здоровьем Леонида Ильича интересуются.

– Китай?

– А что Китай? Что-то знаешь? – насторожился.

Пётр мно-ого чего знал. Не специально – просто об этом все знают. Даманский. Вот уже через несколько месяцев. А потом – как раз на границе с Казахстаном. И ещё тысячи беженцев туда из Китая.

Уже было, или ещё будет? Почти ведь война начнётся, и только срочный визит Косыгина в Пекин на обратном пути из Вьетнама её предотвратит. А во Вьетнам он полетит хоронить Хо Ши Мина. Весной. Есть ещё несколько месяцев. И что сказать «Железному Шурику»? Звучит-то противно – «Шурик». Клоун из комедий Гайдая.

Интермеццо 1

По просьбам пограничных собак установлено ещё несколько пограничных столбов.

На призывном пункте:

– Этого – в погранцы.

– Почему?

– У него голова на пенёк похожа.

Шелепин вздрогнул, когда Тишков произнёс: «Китай». Листки, что лежали перед ним, были докладной запиской трёх ведомств. Свою информацию дал КГБ, в основном пограничники, свою – МИД, и, кроме того, были данные министерства обороны. Шелепин работал над документом уже целый день. Там, на границе с Китаем, всё было плохо. Там дело шло к войне, а СССР, как всегда, перед любой войной, был не готов.