Красавчик. Царская немилость

При росте метр девяносто. Э-м-м… Шесть футов три дюйма. Мундир строил когда портной в Москве, то сказал, Пётр запомнил и вот теперь у Брехта всплыло – сажень «без чети»[5 - Четь – это одна четверть аршина.]. Хлебнёшь тут горя с этими народными мерами длины. А вообще, всё довольно просто. Настоящая – государственная система мер – это практически точная копия английской.

Так вот, при росте сажень без чети вытянуться в карете этой не получалось. Колени свешивались с сиденья, и на каждом ухабе пьяная тушка норовила рухнуть в проход на пол.

Несколько раз, почти упав, Пётр заснул сидя. Пробудился от того, что лошади остановились на первой яме и ещё от вони. Словно кто сдох прямо под носом. Граф потряс головой, остатки сна из неё вытряхивая, и мутными, но синими глазами уставился на попутчицу. Чего там Платон Зубов говорил – сказочница.

– Чего это? – Брехт спросил, имея в виду, почему остановились, но получил удивительный ответ.

– Прощения, барин, просим. Не праздная я, само сдеялось. – И удивительное дело, покраснела на всю физиономию.

Хоть прикуривай.

– Сдеялось? – Иван Яковлевич не понял спросонья, чего тут сдеялось, и тут ответ получил. И звук характерный, и вони добавилось. – Сказка!!!

Пётр Христианович ломанулся на улицу. Ну, Платоша, мать вашу, удружил – подсунул непраздную девицу «погреться в дороге», да ещё и воздух портящую. Если она и сказки так же гениально рассказывает, как воздух портит, то заслушаешься и занюхаешься. 5D кинотеатр. И звук есть, и изображение, и запах.

И плеваться будет, если надо по сюжету. «Тьфу на тебя, Иван-царевич». А пятая опция? Так она про путешествие рассказывать будет. Какая сказка без путешествия главного героя?! А тут дормез этот санно-лыжный на ухабах покачивает. Полное погружение.

Пётр выпутался из медвежьей шкуры, что был укрыт, и вылез через порог дверцы дормеза, споткнувшись, на улицу. Запнувшись преизрядно и ногу зашибив. Время приближалось к обеду. Это ему желудок сообщил. Есть хотелось. Очень хотелось.

Три дня шампусиком и коньяком питался. Огляделся. Как там двойника зовут? Прохор, Фрол, Полуевкт?

– Братец, – обратился он к задающему овёс в торбы лошадям конюху.

– Проснулись, ваше сиятельство, – приветливо улыбнулся великан. Сам такой.

– Запамятовал…

– Прохор, ваше сиятельство. – Как индеец стукнул себя кулаком в мышцы на груди конюх.

– Точно. Прохор. А скажи, Прохор, где мы?

– Царское Село эвон за поворотом. Станция первая от Петербурха.