Красавчик. Царская немилость

Потому граф сразу, как народ в обеденном зале попадал, храбро отступил на улицу и в два шага преодолел расстояние до возка, стоящего у входа, и скрылся за ним. Потом короткими перебежками, не кланяясь пулям всё же, так их в общем-то и не было, домчался до угла и повернул за него. И дальше, не снижая скорости, припустил. Стараясь не заблудить в начинающих сгущаться сумерках, Пётр Христианович сделал круг приличный по деревенским улочкам Великого Новгорода и вернулся к постоялому двору. Тихо всё. Почти гордо выпятив грудь, он прошествовал к себе в комнату на второй этаж, запер дверь изнутри на хлипкий засов и с разбегу плюхнулся на застеленную настоящей периной широченную лавку.

– Fils de chien sale[8 - Fils de chien sale. – Сын грязной собаки.], – в дверь колотили.

Пётр Христианович подёргал себя за уши, чтобы проснуться быстрее. Не закончилось, что ли, приключение?

– Еnfoire[9 - Еnfoire. – Сволочь.]. Отк-к-ккрывай. – Опять вежливо ногами постучали.

Нет. Всё тот же матерщинник, должно быть. Придётся выходить на разборки.

Граф огляделся, сквозь небольшое окошко свет сочился. Выходит, утро уже. Он посмотрел на себя, спать завалился прямо в голубом мундире и он теперь совсем мятым выглядел. Не умеют ещё немнущиеся ткани делать. Что такое полиэстер? Изобрести надо?!!

Тяжко вздохнув, генерал Витгенштейн отодвинул засов и распахнул дверь. Ну он же не виноват, что дверь наружу распахивается. Это строители так сделали. Он вообще ни при чём. Попадали опять кегли. Но не все. Один, тот самый мелкий матерщинник, стоял чуть сбоку и потому радиус поворота двери до него не дотянулся.

– Милостивый государь, вы нанесли мне оскорбление, и я вызываю вас на дуэль. Или вы опять сбежите, как презренный трус? – Носик пимпочкой кверху задрал. – За вами выбор оружия. Стреляться будем немедленно.

Не. Нужно Наполеона в плен взять. Пуля – она дура. А Суворов жив ещё? Повидаться бы со стариком. Будет что внукам рассказать.

– Ты знаешь, в чём сила, брат?

– Я вам не брат, – взвизгнул мелкий курносый.

– Ты знаешь, в чём сила… сестра?

– Еnfoire! Стреляться немедленно!

– Стоять! Бояться! – Это те двое упавших вскочили. Добрые. Добро должно быть с кулаками. Вот с кулаками и полезли.

– Потом со мной!

– Потом со мной!!! – Этот повыше, в мундире каких-то пехотинцев. Зелёный мундир. Может, семёновец?

– Не верите в живучесть этого курносого? – улыбнулся им душевно Пётр Христианович.