Побег с Петровки, 38. Мои преступления, мои наказания

Для меня деньги – это инструмент, с помощью которого я решаю текущие задачи, это возможность путешествовать и помогать другим, – в том числе благодаря ним я могу быть уверен в том, что мой ребенок будет одет, обут и сыт.

Надеюсь, сказанное выше станет правильным посылом для тех, перед кем сейчас стоит необходимость сделать выбор. Кто-то занимается нелюбимым делом, кто-то хочет заниматься проектом, который ему, по большому счету, не интересен, но учитывая, что за это платят приличные деньги, можно наступить себе на горло и делать нелюбимую задачу.

Самое главное – найти себя, делать хорошее для людей, будь то выполняя свою работу или совершая правильные поступки, а всё остальное как-нибудь само собой уложится. И, не в последнюю очередь, стойко воспринимать проблемы, которые порой на каждого человека наваливаются. В этом нет, скажу я вам, ничего такого, жизнь, в принципе, штука полосатая.

Учитесь на моих ошибках и не повторяйте их, идите по жизни смело, смотрите людям в глаза и не делайте, по возможности, дурного, а если и сделали – исправьте свою ошибку, разберитесь в себе и идите дальше.

Глава 1

Детство

«Долго ещё будет выть эта собака? Заснуть, видно, сегодня не получится, – подумал я и попытался ещё раз проанализировать ситуацию. – Ясно было только одно: дела мои – дрянь».

С щенком алабая

Мало того, что при задержании мне разбили грудную клетку и, похоже, поломали ребра, так ещё сильно болела голова. Я окончательно открыл глаза, и реальность начала постепенно возвращаться, переместив меня в маленькую убогую камеру, освещенную тусклой лампочкой над дверью.

Единственный сокамерник, мужик лет сорока пяти, спокойно спал себе на своём «шконаре».

«Год назад я уже бывал здесь, и всё обошлось, – усмехнулся я про себя. – Тогда мне повезло, потому что статьи были не мои, а моих приятелей, которых задержали. Один из них дал на меня показания, но грабежи были в соседнем районе. 91-й год, Путч, на то, чтобы разобраться со мной, просто не хватало времени.

А вот сейчас ситуация уже другая. Грабеж, оружие, убийство. И ничего удивительного, что теперь меня бьют – бить меня тут будут ещё долго».

Камера выходила на то место, где сотрудники держали собак. Почему-то одна из них уже которую ночь выла, и моё и без того плохое настроение окончательно испортилось. Дела мои были настолько хреновые, что мне даже не хватало сил проанализировать ситуацию.