Любовь по-санкюлотски

И тут же вооруженный шестом моряк перемещал кораблики…

За несколько часов таких занятий герцог смог приобщиться к секретам хождения под парусом. Иногда он требовал повторить для него какое-нибудь сражение, проведенное за несколько дней до этого королевским флотом. И тогда он командовал им с достойным восхищения хладнокровием, отдавая приказы открыть огонь корабельной артиллерии, идти на абордаж. Когда боевые действия заканчивались, он поздравлял с одержанной победой офицеров своего штаба и поднимался со своего кресла очень довольный.

– Опыт ничем нельзя заменить, – говорил он

.

Последовав совету госпожи де Жанлис, Филипп решил поближе познакомиться с жизнью моряков и отправился на стажировку в Рошфор. Увы! Там он в 1778 году принял участие в битве против англичан на траверзе Уэссан и совершил такой промах, который сделал его объектом насмешек всего двора. Полностью разочарованный, он покинул флот и вернулся в Пале-Рояль, где Стефани посоветовала ему оставаться некоторое время в тени.

Тогда герцог Шартрский решил совершить путешествие по Европе с женой и любовницей. Это турне сопровождалось непрекращавшимися ежедневными скандалами.

Дело в том, что на каждой остановке на ночлег Филипп сначала ложился в постель с Марией-Аделаидой и доказывал ей, что двенадцать лет их супружества нисколько не охладили его чувств к ней. Затем он бегом устремлялся в постель к госпоже де Жанлис, где проявлял себя «самым обходительным и самым пылким партнером, о каком только могла мечтать женщина».

Случались ночи, когда Стефани, обуреваемая неуемным желанием, заставляла своего любовника совершать неслыханные постельные подвиги. «Будущий цареубийца, – писал Жильен Дарбуа в свойственном ему красочном стиле, – имел, к счастью, редкий темперамент. Удовлетворив любовницу, он оставался к бездействии в течение лишь короткого отрезка времени. Только лишь для того, чтобы перевести дух. Ласкового жеста партнерши ему вполне хватало для того, чтобы он вновь весь наполнялся желанием…»

Эти ежедневные подвиги ничуть не мешали герцогу искать дополнительные удовольствия в разных подозрительных местах.

«Довольно часто, – говорит Жильен Дарбуа, – карета была готова к отъезду, чемоданы уложены, лошади в нетерпении били копытами о землю, а Филипп находился еще в постели какой-нибудь девицы, избавляясь от избытка мужской силы перед дорогой»

.