Наполеон и его женщины

И однако в своем письме, датированном 23–26 вантоза (13–16 марта 1796 года), ты обращаешься ко мне на ВЫ. Сама ты ВЫ!

Ах, нехорошая, как ты могла написать такое письмо! Какое оно холодное! И, кстати, с 23 по 26 – это целых четыре дня. Чем это ты занималась – у тебя не было времени написать письмо собственному мужу?

Ах, друг мой, это ВЫ и эти четыре дня заставляют меня с сожалением вспомнить о моем античном безразличии. Горе тому, кто заставит меня вновь к нему вернуться! Ему придется испытать на себе все те страдания и муки, которые испытываю я по причине убежденности и очевидности (которым и служит твой друг)! В Аду нет пыток, там нет ни Фурий, ни Змея! ВЫ! ВЫ! Ах, что же будет через неделю?

Душа моя грустна, сердце поет, а воображение просто пугает меня… Ты любишь меня менее сильно.

Скажи мне тогда об этом. Уж этого-то я, по крайней мере, заслуживаю…

До свидания, жена, мука, счастье, надежда и смысл моей жизни, которую я люблю, которой боюсь, которая внушает мне нежные чувства, зовущие меня к природе, и порывы столь же яростные, как гром.

Тот день, когда ты произнесешь: “Я разлюбила тебя”, станет последним днем моей любви или моей жизни.

Было бы мое сердце достаточно подлым для того, чтобы любить безответно, я разорвал бы его зубами!

Жозефина! Жозефина!.. Не перестала ли ты любить меня?»

Последние строки писем свидетельствуют об идефиксе:

«Целую твои груди и ниже, гораздо ниже», – писал Бонапарт.

Вот это уже совсем по-полевому и чуть-чуть кокетливо…

Получая эти взбалмошные послания, Жозефина хохотала:

– Бред какой-то! – говорила она.

А пока Бонапарт, возбужденный воспоминаниями о бурных ночах, проведенных с женой, ворочался на своей походной кровати, креолка предоставляла в пользование свое тело с шелковистой кожей любому молодому человеку, который ее об этом вежливо просил…

Глава 3

Из-за любви к Жозефине Бонапарт покрывает себя славой в Италии

Мужчина, позволяющий жене командовать, перестает быть самим собой и не походит на жену: он становится ничем.

    Наполеон

В начале апреля 1798 года, объединив и возглавив шайки оборванных людей, составлявших войска Директории на юге страны, Бонапарт вступил в Италию и стал разрабатывать план нападения на австрийские войска.