Моя жизнь в дороге. Мемуары великой феминистки

Поскольку денег, что я выиграла, нам едва хватило до Невады, следующим пунктом его программы было продать драгоценности в каком-нибудь из маленьких придорожных магазинчиков. Он был твердо уверен, что, если я войду в магазин с кольцом и брошью или браслетом на руке, продавцы тут же увидят перед собой перспективную сделку и вдобавок решат помочь несчастным отцу и дочери. Эту стратегию он успешно применял с высокомерными торговцами антиквариатом, когда я была маленькой. Кроме того, отец считал, что для них эта сделка и вправду выгодна.

И его надежды оправдались: вырученных средств нам хватило на бензин, еду и мотели по пути к Вашингтону, где меня ждали мама и сестра.

Много позже, посмотрев фильм «Бумажная луна» о приключениях отца и дочери, я впервые осознала зыбкий оптимизм нашего совместного путешествия и непотопляемую радость моего отца перед лицом неумолимой несчастной судьбы.

Лишь тогда я поняла, что мы и в самом деле были несчастным отцом и дочерью – и это он смог превратить тотальную нищету в игру, где мы могли выиграть.

Такую кочевую жизнь отец вел до без малого шестидесяти четырех лет. «Если мы когда-нибудь попадем в аварию на шоссе, – сказал он мне как-то в детстве, – сразу вылезай и беги, машины мимо проносятся слишком быстро и не успеют остановиться». Именно это и случилось с ним на автостраде вблизи какого-то поселения округа Орандж, в Калифорнии. Отцовская машина перевернулась – удар был такой силы, что дверь со стороны водителя вогнулась внутрь, а сам он оказался зажат рулевым колесом.

В таком положении машину закрутило по проезжей части, а отец был не в состоянии даже пошевелиться – не то что вылезти и бежать, – и в это время в него врезалась другая машина.

Врач больницы – которая была чуть посерьезнее обычного придорожного медпункта – отправил мне в Нью-Йорк сообщение. Должно быть, отец дал ему мой номер. Сестра не могла оставить маленьких детей, мама – путешествовать в одиночку, а значит, из всей семьи он мог рассчитывать только на мою помощь.

Но ведь я была «папиной дочкой» – то есть путешествовала где-то за пределами страны и была недоступна.

К тому времени, как я вернулась домой – несколько дней спустя, – доктор уже успел связаться с моей сестрой. Она посоветовала мне лететь к нему неделей позже, когда он уже будет готов выписываться и ему понадобится помощь дома (он снимал комнату).