Шотландия. Земля кланов

Одно уже зрелище того, как он ойкает и взвизгивает, само по себе доставляет невероятное удовлетворение. Он бросает на меня испепеляющий взгляд, пока я заламываю рычаг, включая первую передачу, и мы начинаем набирать скорость, дюйм за дюймом теряя из виду отель «Кингсхауз».

«Ну, вот мы и едем! – говорю я с необычайным чувством уверенности. – Земля кланов – история о двух людях, которые…»

«…не знают ничего!» – завершает Грэм.

И он прав. Мы отправляемся в это путешествие вместе, чтобы открыть, что такое – настоящая Шотландия, что значит быть шотландцем, но у нас есть лишь самый приблизительный план.

Мы знаем, что хотели бы разузнать побольше о шести основных кланах горцев и встретить как можно больше интересных людей, начиная от вождей кланов (которые по-прежнему препираются друг с другом) и заканчивая музыкантами, историками, поварами (Грэма же нужно кормить), и, конечно, мастеров производства виски (ну а почему бы и нет?).

Но поскольку у нас была всего неделя на подготовку и сборы, это путешествие будет наполнено приключениями и подпитано виски, адреналином и кофе.

Ккк-чхи-вииии-ррррр-кккк-чхи!

Грэм. Это вторая, а не четвёртая передача!

Грэм

Мы начинаем свой путь в несомненном сердце всего Нагорья – долине Гленко – крутосклонной горной долине (глен – и есть долина), сформировавшейся во время оледенения, по которой протекает река Ко. Эта часть Шотландии мне хорошо известна, поскольку я много раз посещал её и бывал тут на выходных, а ещё это место резни в Гленко 1692 года, которая привлекла мой интерес к шотландской истории более 20 лет назад.

Что ж, если точнее, – в 1992 году.

Я был в самом соку, мне был 31 год. Для меня стала шоком мысль о том, что Сэм, возможно, тогда только собирался пойти в среднюю школу, и, наверное, ещё носил короткие штанишки? Быть может, даже писался в постель? Мне нужно некоторое время, чтобы пережить это болезненное осознание.

Я служил в Фестивальном театре в городе Питлохри, участвуя в сезоне, и был погружён в Нагорье на девять месяцев работы на театральных подмостках – по шесть разных постановок в неделю.

Это было просто невероятно. Нагорье всегда изумляло меня, и я чувствовал глубокую связь с этим местом. Мой отец не мог дождаться, чтобы уехать из Шотландии. Он родился и вырос в Глазго, но, будучи лётчиком, много путешествовал по всему миру. Когда бы ему ни случалось пролетать над Шотландией, он всё время говорил, что там было облачно.