Когда ангелы слепы

А чуть позже один весьма почтенного вида господин за семь золотых рейнских гульденов купил себе прощение за убийство.

Покинув церковь и пройдя сквозь арку Трёх королей, расположенную в древнеримской стене, Ульрихи отправились на Сенной рынок, чтобы скупиться к воскресному ужину.

Сенной рынок, как и всегда, был полон народу. Занявшись покупками, отец и мать исчезли в шумных торговых рядах, детей же, вместе с Юргеном и Урсулой, оставили смотреть кукольное представление о том, как чёрт искушал Ганса Вурста.

После спектакля, в конце которого Ганс Вурст уселся верхом на одураченного им чёрта, внимание мальчишек привлекла шумная компания солдат-ландскнехтов, обедающих у входа в городскую таверну. Заняв несколько лавок, стоящих у приоткрытых дверей, они пили травяной монастырский грюйт и ели слегка обжаренное сало с ржаным пумперникелем.

И, конечно же, самым главным, чем привлекала к себе внимание эта обедающая компания, была пёстрая и вычурная одежда, право на ношение которой принадлежало исключительно ландскнехтам.

Как и все остальные, ландскнехты носили короткие приталенные камзолы с неимоверно раздутыми широкими рукавами и таким же широким, прямоугольно вырезанным, воротником, заполненным белой исподней сорочкой, в виде небольших брыжей, плотно облегающей шею. Как и у других, широченные рукава этих камзолов либо разрезались вдоль на равные полосы, сужаясь к запястьям, либо взбивались в пышные, искромсанные разрезами, буфы. Но, в отличие от прочего люда, ландскнехты поверх камзола не носили длинных плащей, весьма неудобных для них, а заменяли их верхним камзолом, скроенным из толстой кожи или войлока.

Этот верхний камзол имел широко распахнутый воротник и взбитые толстенными буфами оплечья. Оба эти камзола никогда не застёгивались на пуговицы, а лишь опоясывались ремнём или портупеей с оружием.

Верхние штаны у ландскнехтов также сбивались в пышные, посечённые разрезами, буфы, сквозь которые виднелась белая или цветная матерчатая подкладка.

Чаще всего буфами взбивалась лишь одна штанина, обычно правая, а другая оставалась более или менее гладкой. Иногда эта правая штанина разрезалась на множество простых продольных полос, свободно свисавших отдельными лоскутами, или же была порезана на сложные замысловатые узоры, так что подложенная под них матерчатая подкладка, проступая сквозь эти разрезы, образовывала витиеватые соцветия и перекрестия.