Когда ангелы слепы

Еретики – враги не только церкви, Римского Папы, императора, кёльнского архиепископа и монахов-доминиканцев, это враги каждого из нас, каждого истинно верующего христианина. И каждый из нас, каждый истинно верующий, обязан бороться с ересью, как только может.

Помните, что любая, даже самая незначительная, связь с еретиками является преступлением. Каждый, кто слушает зловонную проповедь еретика – сам еретик! Каждый, кто укрывает еретиков или хоть как-то им помогает – сам такой же преступник и еретик. Тот, кто, зная еретика, не сообщил о нём инквизиции, тоже преступник и еретик.

И какой-либо пощады в наказании этих гнусных укрывателей также не может быть!

Почтенные жители Кёльна, чумные миазмы ереси пытаются проникнуть и в наш добрый город. Совсем недавно, не без вашей благой помощи, был схвачен еретик Кларенбах* и целая шайка его сторонников. Многие из них уже отправлены к своему хозяину, в преисподнюю. В ближайшие дни та же участь ожидает и самого Кларенбаха. В святом городе Кёльне, городе святой мученицы Урсулы и святого епископа Геро, не может быть ни единого еретика, своим зловонием отравляющим память наших святых.

Как и наш Кёльн, так и все земли, принадлежащие святому архиепископу Кёльнскому и святой римской церкви, отныне и навсегда будут свободны от ереси.

Но зло, посеянное Лютером ещё очень сильно, и наша святая обязанность – неустанно бороться с ним. Пока последний еретик навечно не угодит в ад!

Во имя Отца и Сына и Святого духа. Аминь.»

Закончив с проповедью, отец Якоб ещё раз утёр лоб и ненадолго умолк, желая набраться сил для продолжения мессы.

Видно было, что сия эмоциональная речь далась ему нелегко.

По окончании проповеди все прихожане встали со скамей и торжественно, в один голос, запели Символ Веры. После него и последовавшей за ней Молитвы Верных, как и положено, наступил черёд Евхаристии.

Выходя из церкви по окончании мессы, прихожане раздавали милостыню калекам и попрошайкам, кои во множестве собирались на паперти.

Получая по мелкой монете, они низко кланялись и наперебой желали всем добра и здоровья. Там же, во дворе церкви, находились и наказанные за всякого рода мелкие прегрешения. Рядом друг с другом, будучи забитыми в парные колодки, сидели игроки в карты. В огромной пузатой бочке, с высунутыми наружу головой и руками, сидел известный городской пьяница. Там же, прикованной цепью к позорному столбу, стояла некая девица из пригорода, забеременевшая «неизвестно от кого».