Курьер

Погрузившись таким образом в одну из вечных женских тем, Оксана не заметила, как Миша встал со своего места. Вздрогнула, когда его руки легли ей на плечи.

– Напугал, дурак! – Оксана раздраженно тряхнула плечами. Но остыла быстро. – Будешь кофе? Или сразу пойдем?

Отвечать Миша не спешил. Он был занят – изо всех сил старался выглядеть солидно и хладнокровно, в то время как хотелось с безумными воплями исполнить какой-нибудь дикарский танец. Оксана обернулась и выразительно уставилась на него, надеясь взглядом добиться больше, чем словами.

– Томашов, ты оглох?! Кофе тебе наливать? Только вскипел.

Миша – все так же молча – поднял девушку за плечи и притянул к себе. При этом на цыпочки вставать пришлось именно ему. Начав встречаться с Мишей, Оксана отказалась было от высоких каблуков, но по его настоянию вернулась к прежней обуви. Комплексами по поводу роста Михаил не страдал, а каблуки делают красивую женщину еще более эффектной. Ловить обращенные на Оксану восхищенные взгляды мужчин Мише нравилось.

Поцелуй вышел долгим, Мишины руки скользнули со спины ниже. Выждав точно рассчитанное время, Оксана отклонилась назад и шутливо шлепнула Мишу по рукам.

– Эй, маньяк, до дома потерпишь!

– Оксана! – голос все-таки предательски сорвался.

– Мамочки! Он разговаривает!

– Оксана! У меня получилось!

– Ну… – Оксана дурашливо сморщила лоб. – Будем считать, что получилось, хотя потренироваться еще стоит.

– Да нет! Я… – Миша окончательно оставил потуги выглядеть серьезным и все повидавшим ученым.

Оксана была неглупой девушкой и соображала быстро.

– Я знала, что ты сможешь. Ты у меня гений! – И она запечатлела на губах Миши еще один поцелуй, на этот раз короткий, поздравительный. – Рассказывай!

Честно говоря, ее не слишком интересовали подробности. Но она понимала, насколько Михаилу хочется этими подробностями поделиться. Поэтому, когда тот начал сбивчивый рассказ, самый придирчивый наблюдатель не смог бы обвинить ее в невнимательности.

– Я сразу понял, что-то пошло… Обычно – темнота и пустота. Ничего. А в этот раз – сначала, вроде, тоже ничего, но пустота не такая какая-то. Не такая, понимаешь! А потом – как тоннель. Смотрю – точно тоннель, и даже стены можно потрогать. Я по тоннелю вперед, сначала спокойно, а потом гляжу, стены сужаться стали. Не в том смысле, что все уже и уже, а прямо сжиматься. Прямо на меня, понимаешь? Пришлось бежать.