Необъявленная война

Ринат, всё ещё не понимая, огляделся вокруг и на обочине дороги увидел страшную, душераздирающую картину: там лежала раздавленная тяжёлой машиной молодая женщина, а недалеко от неё – мёртвый грудной ребёнок, вместо головы у неё было окровавленное месиво, а рядом с трупом женщины сидели трое плачущих маленьких детей. Его особенно удивило то, что стоящий рядом с ним молодой человек снимал всё происходящее на японскую видеокамеру. «Похоже, это заранее запланированная провокация», – подумал Сафин. Как позже стало известно, американские пресслужбы во всех западных странах несколько раз показывали по телевидению именно этот сюжет: как «советские захватчики» убивают мирных жителей – насмерть танками давят женщин с грудными детьми.

Только тогда он понял, что этот молодой водитель насмерть задавил многодетную мать с грудным ребёнком.

«Да, дела принимают очень нехороший оборот», – подумал Сафин, и тут же его взгляд упал на крышу соседнего дома: там несколько гранатомётчиков, замаскировавшись, сидели в боевой готовности и ждали сигнала открыть огонь по колонне.

На первый взгляд колонна считалась не особо опасной. Но это было не так. Под видом ширпотреба, для конспирации, в середине колонны был спрятан ООГСН (боеприпасы: в том числе снаряды, мины, патроны). Стоит появиться небольшой искре, и вся колонна за доли секунды может взлететь на воздух.

А тут Кличко всё больше распалялся. Он, уже размахивая огромными кулаками, всё сильнее напирал на толпу.

– Я вам, проклятые душманы, сейчас всем руки-ноги поломаю.

– Товарищ лейтенант, успокойтесь, пожалуйста. – Ринат, такой же здоровый парень под два метра ростом, с трудом оттеснил Кличко от толпы. – Это пуштуны, с ними нельзя таким тоном разговаривать, они не терпят унижения и высокомерного обращения. Посмотрите на крышу соседнего дома, там гранатомётчики сидят. Если сейчас же не уладим конфликт, то всем нам кранты.

При критической ситуации, если дело дойдёт до рукопашной, уже не имея другого выхода, несмотря на то что местные племена были против войны с шурави, эмиссар из Пакистана мог дать сигнал своим бойцам о нападении.

Кличко, чтобы убедиться, что старшина говорит правду, посмотрел на крышу дома и обомлел от страха. Его бравада и показная храбрость исчезли в мгновение ока.