Игры смерти

В выходные юноша решил, наконец, зайти к Элисону. Подобрав почту с земли, парень постучал в дверь. Никто не откликнулся. Из любопытства он повернул дверную ручку и обнаружил, что дверь не заперта.

Войдя в дом, Адам увидел гармонично расставленную мебель и догадался, что семья, жившая на первом этаже, уехала всем составом в отпуск. И тут он услышал музыку на 2 этаже и подумал, что ученый, как всегда, работает над какой-нибудь необычной вещицей. Первое, что бросилось в глаза после подъема по лестнице – выбитая дверь в комнате Льюиса.

Внутри была опрокинута мебель, разбросаны чертежи и листки. В кресле лежала газета, а на полу в засохшей луже крови валялась шпага. Окинув комнату взглядом, Адам увидел насквозь пробитый и опрокинутый радиоприемник. Это было то радио, над которым так долго трудился ученый.

«Чья это кровь? Где мой друг?» – думал про себя Адам, решивший направиться к жандармам. В этот момент из открытого окна подул холодной ветер, поднявший в воздух разбросанные листы бумаги. Так, прямо в лицо Адаму попала газета: юноша смял ее и положил в карман.

А на пол перед ним упал лист с нарисованным на нем знакомым лицом. Парень взял портрет в руки и удивился: на нем был изображен знакомый местный чиновник. «Что же тут происходило!» – недоумевал Адам.

Почтальон решил оставить все вещи на своих местах, чтобы жандармам было легче расследовать ход событий. С собой он взял только подозрительный портрет и испорченное радио. Из дома он бежал, словно мелкий воришка, стремившийся, как можно быстрее, покинуть место преступления.

Глава 9. Надежда на спасение

Лион Мартези и Льюис Элисон оказались после падения на довольно мягкой поверхности. Вокруг возвышались двухэтажные постройки, окна которых украшали цветочные горшки с геранью. Здания находились на холме с которого был виден весь город. Вокруг была грязь, отсутствовала брусчатка и большинство привычных лестниц скрылись из виду. Станция, где фуникулер, развозил людей с холма Монматр, так же пропала. Исчезли рельсы и тросы, которые держали вагоны.

Возможно это был другой город, потому что огромная базилика Сакре-Кер испарилась, буд-то ее вовсе и не было. Сомнения ушли, когда на горизонте показался собор Нотр-Дам. Это был Париж, но он словно обеднел и опустел.

Падение не причинило никаких осложнений раненому ученому, что нельзя было сказать о напуганном Лионе, который приземлился на согнутую в локте руку. Мартези с разъяренными глазами выдернул из своего противника шпагу и побежал прочь.