Мамлюки-вайнахи. Часть I

Ежедневные занятия и тренировки, которые постепенно вошли как привычки в новую жизнь, не давали времени отвлекаться на что-нибудь другое. Самое интересное, ребятам все это нравилось, налицо были большие достижения в физическом развитии и приобретении боевых навыков. День за днем, на удивление хозяину, ребята взрослели и привыкали к новой жизни воина-мамлюка.

Важными для мамлюков после физической подготовки были занятия по изучению языка и основы религии. И это являлось обязательным атрибутом обучения мамлюков, и от этого не было возможности уйти.

Родившимся в другой климатической обстановке, получившим азы, хоть за короткое время в своих семьях, традиционного воспитания, в среде разных обычаев, ребятам с Кавказа было много непонятно и чуждо. Непонятны им были традиции турков, арабов, их нравы. Поэтому им приходилось остерегаться всех и всего, чтобы не выглядеть в их глазах смешными. Взрослому человеку в чужой среде бывает неловко, а детям свойственно и бояться.

И культура, и нравы абсолютно непонятны, но это не значит, что если чужим они непонятны, то их нет или они плохие. Об этих высоких вещах новобранцам думать пока было рано, но им представлялось все в ярких тонах, в другом цвете.

Вначале ребятам казалось, что им никогда не научиться читать, а писать – тем более. Однако ребята, соревнуясь между собой, стали за короткое время и читать, и писать.

Новоявленные мамлюки обязательно учили язык и основы ислама. Вскоре стали выделяться лучшие ученики: Бохатур, Пхарч-Бах и Андрей, и они через определенное время, когда настало время для проверки приобретенных знаний, были самыми лучшими.

Здесь, в Египте, сплелись разные языки, нравы и обычаи, сплелись разные религии, культуры разных народностей, и все это не мешало простому народу жить в мире, соблюдая чистоту и нравственность отношений.

Это чужие люди, чужая страна, чужая культура, чужой язык, чужие обычаи, чужая еда. Даже чужие запахи! Все чужое месяцами и потом годами притиралось, и для молодых мамлюков все становились своими, не чужими, но и не родными.

Ничего не было чуждо для ребят. Иногда они забывали о трагедии, случившейся с ними, и начинали резвиться. Соответственно для своих лет они затевали игру, которая переходила затем в большой переполох. Кто-то пел, кто-то танцевал, кто-то на ком-то скакал. Хасан, Дато и другие старшие мамлюки со стороны наблюдали, радуясь вместе с детьми.