Еще один день на войне. Свидетельства ефрейтора вермахта о боях на Восточном фронте. 1941–1942

«Это же перевязочный пункт, а не детский сад!» – проворчал он. Я тут же подошел к койке мальчика и откинул одеяло, чтобы был виден перевязанный обрубок ноги. Генерал насупился и замолчал. Пока он вместе с остальными выходил из комнаты, доктор Нико шепнул мне на ухо: «Правильно сделали».

4 октября

Сегодня маленький Миша и его мать покинули нас. Я отнес мальчика к повозке, вокруг которой собрались несколько местных жителей. Мальчик уселся на соломе, размахивал руками и смеялся, а мать, плача от радости, целовала мне руки.

Под гул орудий и грохот танков, направляющихся к линии фронта, маленькая упряжка покатила назад, в родную деревню…

Эрнст сообщил нам важную новость: на рассвете начнется сражение. Он сказал, что твердо верит в победу. «Когда мы разобьем Россию, станем самым великим и храбрым народом на свете».

Унтер-офицер Фельгибель сегодня учил нас обращаться с гранатой. Он заставил каждого из нас бросить гранату. «Вы можете, конечно, держать ее в руке немного дольше, чем обычно, – но только если не отпустили спусковой рычаг.

Все просто, но нельзя об этом забывать! А уж если отпустили и промедлили… Ну, тогда взлетите вместе с ней…» – говорил он.

5 октября

Итак, сражение началось. Беспрерывная канонада. Вот и первые раненые… Машину с самыми тяжелыми мы отправили в расположенный неподалеку полевой госпиталь. При осмотре тяжелораненых я наткнулся на своего земляка. Я протянул ему миску с едой. Однако сам он не мог ее держать. С довольно спокойным видом (как будто с ним ничего такого не произошло) он сообщил, что у него нет рук.

Один из его сослуживцев, лежавший рядом в санитарной машине, взял миску и поднес к его рту.

Во дворе лежат несколько русских. Почти все они тоже ранены. Никто ничего не говорит, и так все понятно. Страдают они, страдаем мы…

Русских доктор Нико оперирует так же тщательно и ответственно, как и наших…

Солдат, потерявший обе руки, крикнул мне из машины: «До свидания!»

Я не знаю, что еще написать.

Через маленькие окна своей комнаты вижу беженцев: огромную толпу голодных стариков и детей…

Слава богу, мне не одному приходится ухаживать за ранеными. В помощь нам прислали Вальтера. Работы очень много, мы заняты по горло. Двое солдат с тяжелыми ранениями головы. Одного пришлось даже привязать к койке. Он мечется как безумный. Неподалеку от него лежит Франц, молодой унтер-офицер. У него ранение в живот. Он терпелив, не просит пить.