Дойти до горизонта

– Извини, Таня. Это случайно вышло, – тушуюсь я и с новыми силами продолжаю поиски.

Но салифановская голова никак не находится. Что он – ее снимает, что ли, на ночь? Приходится менять тактику.

– Сережа, – ласково прошу я. – Ну вылезай!

– Двойная пайка сахара, – бубнит из одеял Сергей. – Клянись!

– Да черт с тобой, – соглашаюсь я вслух. «Дождешься ты у меня сахара. Держи карман шире!» – думаю про себя.

На поверхности показывается взлохмаченная салифановская голова.

– А ты знаешь, какой сон ты мне не дал досмотреть? – укоризненно вопрошает он.

Я ничего не отвечаю, готовлюсь к передаче вахты: уточняю курс, заполняю судовой журнал, отвязываю страховочный пояс. Я спешу, предвкушая уют теплой постели.

– А снилась мне вот такая палка колбасы, – продолжает делиться со мной наболевшим Сергей. – Н?е?ет, в?о?от такая! – Он широко разводит руки в стороны – Толстая, розовая…

– Ливерная, – в тон ему добавляет Валера, он, оказывается, не спит.

 – Вонючая, которую для собак делают.

– Ну вот, – расстраивается Сергей, – взял и опошлил такой высокохудожественный сон Ильичев, я не могу заступать в таком разволнованном состоянии на ответственный пост, коим является место рулевого, – витиевато формулирует свою мысль Сергей и, как улитка, втягивает голову обратно в одеяла.

– Ты это брось! – не на шутку начинаю тревожиться я – Давай вылезай, пожиратель собачьих сосисок.

– Грубые, черствые люди, – не столько возмущается, сколько удивляется нашему поведению Сергей.

 – Я не могу больше быть с вами рядом. Я ухожу. Где там руль? Я возьму его в свои твердые руки.

Еще минут десять мы ворочаемся, смеемся, оживленные собственными шуточками. Хорошо! Ночь, море, тишина и шесть часов сна в перспективе. Я чувствую горячее плечо Валеры, упирающееся мне в бок, слышу, как спокойно дышат Наташа и Татьяна.

Сергей шумно ползает по корме, сгребает под себя рюкзаки с вещами, устраивается основательно, со вкусом.

Мне даже становится обидно, я всю вахту промаялся, сидя на собственных поджатых ногах, а он чуть ли не паланкин выстраивает.

– Слушай, Ильичев, – стучит он мне в затылок пальцем, – там огонь какой?то. Кажись, красный.

Я приподнимаю голову. Точно. Слева, градусов сорок от курса, над водой светится ярко?красная звездочка.

– Маяк, наверное, или буй, – предполагаю я.

– А чего он в стороне от курса? – удивляется Сергей.