Дойти до горизонта

Пришлось идти на уступки. Обследования вновь начались с меня.

Деревянными ногами я подошел к Монаховой. Если бы у меня был хвост, я, наверное, усиленно завилял бы им из стороны в сторону, выказывая свою преданность и любовь. Но хвоста у меня, к сожалению, не было, и я ограничился комплиментом:

– Ты сегодня прекрасно выглядишь! Как академик Пирогов!

– Сядь! – не дала себя расслабить Наташа. Я безвольно опустился на настил.

– Начнем с забора крови! – зловеще известила Монахова, приподнялась и вытянула из?под себя стерилизатор.

В его металлическом нутре что?то страшно звякнуло. Я отшатнулся, но было поздно. На запястье моей правой руки мертвой хваткой профессионала?дзюдоиста сжались ее пальцы.

– Не надо дергаться! – предупредила она. – Не так уж и больно. Она вытащила ватку, смочила ее спиртом и тщательно обтерла мой безымянный палец.

– Руки надо чаще мыть, – между делом заметила она.

– Это пигментация кожи, – запротестовал я.

– Я вижу, – поморщилась Монахова и отбросила в море заметно почерневшую ватку.

Салифанов, стараясь чтобы никто не заметил, тут же, как бы случайно, макнул руку в воду и стал шаркать ею о штаны. Татьяна пристально взглянула на него.

– Пятно на штанах, вот здесь, – попытался объяснить он свои действия. – Откуда взялось, ума не приложу. – И стал тереть уже с явно показным усердием. Монахова в это время сильно сжала с боков мой палец и вытащила остро заточенную лабораторную бритвочку. Я заметно побледнел. Палец, в свою очередь, наоборот, приобрел здоровую розовую окраску.

Вся кровь, схлынувшая с лица, наверное, собралась в нем. Сейчас Монахова проколет кожу и…

– Давай быстрее, – поторопил я.

Терпеть уже не было сил. Лучше уж сама боль, чем ее ожидание. В моем воображении бритвочка уже столько раз вонзалась в палец, что он стал похож на подушечку для иголок.

– Я лучше знаю, когда, кому и что делать, – нравоучительно пояснила она и еще сильнее стиснула мой бедный палец.

– Ты аккуратнее! – охнул я.

Монахова с размаха воткнула свой инструмент, кожа хрустнула и поддалась.

Она для верности нажала еще раз. Наверное, с таким же садистским удовольствием свирепые янычары вонзали свои кривые ятаганы во впалые животы ненавистных противников.

– «Но в горло он успел воткнуть и там два раза повернуть свое оружие… Он завыл…» – процитировал Салифанов.

Наташа неотрывно смотрела на мой палец. Казалось, она взглядом хотела высосать из меня всю кровь.

– Ну! – с угрозой произнесла она.