Двуликий изгнанник

Огарок свечи едва помогал разглядеть старый, покрытый плесенью шкаф. Там, под замком, хранились маленькие и безобидные на первый взгляд флакончики, в каких аптекари, по обыкновению, отпускали лекарства. Они были наполнены всевозможными жидкостями и снабжены бирками на латыни. Чернила заметно стёрлись, но лорд без труда отыскал нужное снадобье – мгновенный яд.

А младенец вёл себя как ни в чём не бывало: глядел на всех глазками-щёлочками, шевелил маленькими пальцами и уснул к приходу священника – отца Альберта.

Этот чудной затворник не был столь любим в округе, потому что придерживался старых католических традиций, и лишь благодаря знакомству с графом держалась на окраине Лондона его маленькая часовня.

– Хорошие новости расходятся быстро, милорд, – с порога радостно сказал пастырь, завидев хозяина в холле, – доктор проезжал мимо и обмолвился, что у вас родился сын.

– Тише! – лорд перешёл на странный, испуганный шёпот. – Мой наследник скоро умрёт.

Противно и горько было упоминать позор семьи и наказание природы. Лорд по пути в гостиную, сбиваясь, рассказал обо всём случившемся и спрятал в кармане сюртука флакончик с подозрительной надписью. Но от взгляда священника ничего не скрылось.

– Мужайтесь. Я бы ни за что не стал замышлять злое против… как его имя?

– Я хотел назвать его Эдвардом, – сказал лорд.

– Так назовите. Что же вас останавливает?

– Ожидание его смерти. Зачем уродцу имя на два дня?

– На всё воля Божья. И не следует торопить события. Крещение даст надежду, что Господь примет вашего сына любым.

– Мы не можем нести его в храм: соберётся толпа зевак.

– Публичная жизнь для тебя важнее чистой совести? Что мешает провести обряд в домашней часовне?

– Нынешний пастор также не внушает доверия… При всей моей любви к стране, уважении к короне и укладам нашей церкви я не могу поручиться, что этот человек промолчит обо всём при дворе.

Мы будем опозорены.

– Роберт, – священник посмотрел на старого друга с укором, – вспомните, был ли ваш союз с леди Элен Реймерстоун угоден Господу?

Они уже показались на пороге комнаты.